Читаем Хозяин Амура полностью

— Да на наливочку, друг мой дорогой, приналёг? — удивлённо воскликнул Соколов. — Пойдём, самолёт посмотришь, пока оленью тягу не привели, а то утащат…

— Всё, ты закончил шутить? — совершенно непроницаемый взгляд профессора заставил товарища смолкнуть на полуслове.

— Так, — Соколов нахмурился и разом подобрался. — Хорошо, пошли, расскажешь, что с тобой стряслось из-за открытия аномалии.

— Посмотрим, что с тобой стрясётся, Слава, — не оборачиваясь, произнёс равнодушным тоном Николай, направляясь к раскрытым воротам посёлка.

Больше он ни слова не сказал, покуда не прошёл в свой кабинет и не опрокинул ещё одну стопочку ароматного напитка.

— Сядь, — учёный указал Соколову на обтянутое скрипучей кожей кресло. — А теперь слушай…

Вышло так, что после получаса разговора пришлось посылать жившую в доме Радека бабу Марфу в погреб за второй бутылочкой рябиновой наливки.

— Мой разум отказывается понимать все твои слова, — снова и снова повторял Соколов, покачивая головой. — Нет, я верю тебе, Николай, но… Это просто чертовщина какая-то!

— Для меня эта чертовщина началась в девяносто первом, — буркнул Радек.

— Это я уже понял и принял для себя, — поморщился Соколов, — все эти аномалии, переходы… Но это?! Сидят люди под водой и «заряжают батарейки» от этих, как их там?

— Энергетические каналы…

— Ага, они самые. Да ещё люди им нужны, ишь! — начал прохаживаться Вячеслав, поглядывая на униформу, принесённую Радеком из подводной станции.

Профессор, нахохлившись, молча сидел в кресле с зажатым в ладони стаканчиком.

— Что ты сказал парням из наблюдательной группы? — остановился у окна Соколов.

— Ждать твоего решения, — проговорил профессор. — Понимают, что дело нечистое.

— Короче! Ты можешь сформулировать какие-то предварительные выводы, Николай? — изменившимся, резким и требовательным голосом спросил вдруг Вячеслав, глядя в глаза товарищу.

— Наверное, могу, — вздохнул тот. — Думаю, это именно те, кто устроил всю ту аномальную чертовщину на Новой Земле.

Вячеслав не выказал удивления, ожидая, что Радек продолжит. Вперив грустный взгляд в окно, Николай, проговорил:

— И даже понимаю, кто именно мог это сделать — например, Светлана Русакова.

— Почему она? — опешил Вячеслав. — Она же там главная?

— Это сейчас она старший контролёр, а семнадцать лет назад могла быть милым и улыбающимся младшим оператором, который случайно нажал не на ту клавишу.

— И это нажатие породило нас с тобой в этом мире? А потом и Сергиенко, Миронова и Матусевича? — невесело усмехнулся Соколов, наблюдая за мрачно кивающим другом. — Ну дела!

— Что наблюдатели говорят? — устало присел за стол Соколов, потирая ладонями раскрасневшееся лицо. — Всем уже растрезвонили?

— Наоборот, — вяло отмахнулся Радек. — Мужики сказали, чтобы ты на себя ответственность брал.

— Думаю, стоит провести собрание и поговорить с ребятами… Что? Что не так?

Вячеслав осёкся, видя, как Николай едва не поперхнулся компотом, только что принесённым Марфой. Профессор даже вскочил с кресла, стал прохаживаться, пытаясь собраться с мыслями, потом махнул рукой и негромко, но яростно, начал говорить, жестикулируя обеими руками:

— Ну какое собрание, Слава?! О чём говорить-то? Тут говорить не о чем! Ты думаешь, люди всё бросят: самолёт этот, завод, а ещё тех, кто нам поверил и поселился здесь с нами, и прочая, и прочая?!

— Зачем бросать? Нам необходимо сотрудничество, допустим, медицинская помощь…

— А что нужно им? Слава, ты так и не понял? Они такие же, как и мы, только более развиты. Им нужны только люди, ради этого они останавливают работу энергостанции! Ты бы видел лицо Светланы, когда я сказал, что нас целых три тысячи.

— Так, — решительно сказал Соколов, прекращая спор. — Пошли к наблюдателям, поговорим с ними!

— Нет, — твёрдо произнёс Радек, насупившись. — Сядь! Слава, тебя Смирнов выдвинул в лидера из-за того, что в самое сложное для нас время ты нашёл в себе силы сплотить весь наш коллектив и мобилизовал его на решение проблемы выживания и развития. Сейчас ты успокоился и хочешь коллегиального мнения?

— Почему нет? — настороженно проговорил Вячеслав.

— От тебя ждут решения, а ты хочешь услышать их совет? Нужно раз и навсегда закрыть вопрос с этой аномалией, жить и работать только ради будущего своей страны и своих детей.

Соколов, тяжко вздохнув, снова сел в кресло и задумался. Слова старого друга били не в бровь, а в глаз! Всё верно. Принимать решение нужно здесь и сейчас.

— Срыть этот холм к чёртовой бабушке, что ли? — негромко произнёс Вячеслав.

Радек в ответ лишь пожал плечами.

— Важно понять, что этот мир, который дышит и живёт вокруг нас — наш дом, — неторопливо произнёс профессор.

— И только мы должны определять свою судьбу! — закончил Соколов, хлопнув ладонью по подлокотнику кресла. — Всё! Пошли на воздух, проветриться надо.

Царство Русское, Москва — Нижний Новгород. Март 7154 (1646).