Читаем Хозяин Амура полностью

— Не помешало бы накрыть их, — процедил Грауль. — Вдруг важная птица какая?

Среди людей неприятеля он заметил небольшую группу, что в зрительные трубы наблюдала за лагерем ангарцев, находясь на удобном для сего дела возвышении, к тому же прикрытые молодым осинником.

— Павел Лукич, дозволь разогнать свея! Проучим! Не след мимо проезжать, коли само Провидение указало! — наперебой загалдели и спешившееся новгородцы, и приданная Бельским дюжина его «робят» — мордатых дружинников во главе с Василием Рыковым, княжеским шурином, кои уже не раз и сполна вкусили радость побед над извечным врагом. Павел видел, как загорелись глаза воинов, как собрались они, как горело в них желание разметать неприятеля, погнать его прочь, рубить его…

— Да их два десятка, нешто нам не совладать?! — воскликнул Рыков, с лёгкостью удерживая осанку на гарцующем коне.

Грауль колебался ещё около минуты, а потом кивнув Василию, скомандовав:

— По коням! — заставив воинов взреветь от радости скорого боя.

Укатанная крестьянскими возками колея, что вела от одной деревеньки к другой, проходя через поляну, на которой обосновались шведы, нашлась быстро. Эта проезжая дорога находилась в отдалении от основных путей в округе, что вели в Пернов, видимо, поэтому враг избрал именно её. К моменту, когда отряд Грауля вытянулся в колонну, мелкая морось превратилась в холодный дождь, а под копытами коней зачавкала жирная глина. Всадники приближались к вражескому стану.

— Спешиться! — приказал Павел, когда до неприятеля оставалось около километра. — Василий, оставь с конями двоих воинов! А остальным скажи, чтобы держались за моими людьми!

Дружинники Бельского, по сути, представляли собой лёгких рейтар — доспехов у них не было, а из вооружения, кроме палашей, сабель и пик, они имели ещё и пистоли. Правда, не все, но у шестерых их было по две штуки на брата. Против нарезных ангарок и револьверов они смотрелись несерьёзно, а потому Грауль и приказал «робятам» не высовываться. Между тем, новгородцы, деловито надевая стальные панцири, помогали друг другу затягивать ремешки. После чего к винтовкам со слитным сухим щелчком были примкнуты штыки, а из поклажи они достали последнее снаряжение — продукт штамповочного цеха Железногорского металлургического завода — каски, напоминавшие своим видом советские защитные головные уборы времён японо-советского конфликта на Халхинголе.

— Проверить оружие! Вперёд! — после этого приказа командира отряд, выстроившийся двумя нестройными шеренгами, скрылся в чащобе.

Отряд бывшего капитана госбезопасности Русии уходил всё глубже в лес, чтобы не нарваться раньше времени на шведский караул и выйти аккурат им в тыл. И чем дальше забиралась группа, тем тише становилось вокруг — не было слышно ни единого лишнего, не свойственного вековой чащобе звука. Лес был напоен влагой, пахло сыростью и гниющим деревом. Почва, покрытая хлюпающим под ногами мхом, мягко пружинила. Донимала паутина, так и норовившая пристать к лицу…

— Василий, подтяни своих! Видишь, отстают! — Грауль указал дружиннику на уставших воинов.

Тяжело им тащится в полном облачении по лесу, непривычно. Пот стекал ручьями, дыхание сбилось и стало хриплым. Пришлось делать кратковременный привал, чтобы дружинники малость пришли в себя. Новгородцы, даром что в брониках, были гораздо свежее, сказывался пусть небольшой, но опыт переходов по пересечённой местности. А враг уже был близок — преодолев поросшую лесом и кустарником широкую балку, небольшой отряд вышел к видневшемуся впереди просвету. Впереди, в сотне метров находилась та самая вытянутая вдоль дороги поляна.

Пройдя несколько шагов, Павел осмотрелся и поднял руку, сгибая её в локте, после чего сжал кулак. Этому жесту бойцы был давно научены, а посему остановились, присев на колено и переводя дух в ожидании дальнейших приказов. Тускло поблёскивали штыки, обращённые вперёд, к врагу, воины с волнением переглядывались друг с другом — никуда от этого чувства не уйдёшь.

— Пошли… — махнул рукою Грауль, ещё раз оглядев своё воинство.