А добыча охотника? В лучшем случае – пара вальдшнепов весной да пяток уток осенью. Да еще несколько походов на рыбалку: летом к пруду рядом с дачей – карасиков половить, а зимой со льда водохранилища – ершей. За целый год и полведра не наловишь! А сколько лет назад последний раз ездил «на лося» даже припомнить трудно. Все отлично понимают, что ценность охоты вовсе не в эффективном соотношении «добыча – затраты». Добычу охотника невозможно измерить деньгами. «Рубль бежит, сто догоняет, когда тысяча споткнется, то бесценный убьется» загадка про русскую псовую охоту, где рубль – заяц, сто рублей стоит охотничья собака, тысячу рублей – лошадь, а бесценный это тот самый охотник, который в погоне за грошовым зайцем не жалеет ничего, даже собственной жизни. Охота, в отличие от промысла, всегда была занятием привилегированных сословий. В русской деревне того, кто проводил время, бродя с ружьем или сидя с удочкой, всегда считали безнадежным лодырем. Ведь недаром говорят: «Ружье да уда не накормят до сыта». Слово «game» в английском языке имеет два понятия – «игра» и «дичь». В ресторанном меню блюда из дичи указаны в разделе «Game dishes». Это не может быть простым совпадением, любая охота, действительно, сравнима с азартной игрой. Радость выигрыша, отчаяние от проигрыша – ведь именно это и составляет привлекательность игры. А само предвкушение игры! Собираясь на охоту, каждый, будь то охотник или рыболов, азартно предвкушает свой будущий выигрыш – добычу. Хотя каждый отлично сознает, что может оказаться и в проигрыше, то есть вполне вероятно, что вернется с охоты «пустым». Все знают, что бывает как легкий охотничий фарт, так и полная непруха. Баснословно дорогие охотничьи «игрушки» – ружья, спиннинги и, конечно, охотничьи ножи – тоже элементы этой игры. Жизнь давно поменяла правила: человек разумный (homo sapiens) в современная комфортной цивилизации все больше становится человеком играющим (homo ludiens). Можно сетовать и морализовать по этому поводу, но это так.

В охотничий лексикон прочно вошло выражение «охота с обслуживанием». Приезжего и, как правило, не очень-то умелого охотника в угодьях берут под свою опеку профессионалы-егеря. По сути, охота с обслуживанием превращается в некое экзотическое сафари. Из комфортабельного отеля на джипе с мягкими сидениями клиент-охотник ненадолго перебирается якобы на охоту. Посидит там у костра, освоит удобства в соседних кустах. Трофей, привезенный с такого сафари, подобен дорогим часам на руке. Такие часы удостоверяет уникальность и исключительность владельца, а вовсе не особую миллисекундную точность дорогого часового механизма. Нужен ли такому охотнику нож? Да! Ему тоже нужен нож, но как некое обязательное дополнение к модному камуфляжу. Отправляясь в такое сафари охотник фактически оплачивает не стоимость добытой дичи, а услуги егерей. Для егеря умение самому добыть дичь не считается показателем мастерства. А вот найти, обложить и выставить зверя на охотника – именно это составляет предмет профессиональной гордости егеря. Настоящий егерь (хорошее и точное русское слово – охотовед!) знает обильные дичью места, а когда самому приходится стрелять, то делает это превосходно. Чтобы хорошо провести охоту, ее нужно готовить заранее: устраивать шалаши и лабазы, приваживать зверя, натаскивать собак. В полной темноте еще до рассвета егерь безошибочно довезет приезжего охотника среди бескрайних камышей к месту, откуда можно пострелять уток. Или сопроводит гостя по буреломному бездорожью на заранее разведанный глухариный ток. Егерь загонит (а лучше сказать «поставит») на приезжих охотников лося или кабана, а потом умело освежует и разделает добычу. А иногда егерю приходится открывать консервные банки и бутылки, не переходя при этом зыбкой границы панибратства. Так что у егеря должен быть всегда наготове удобный и практичный нож.

«Ножом егеря» в Европе считается массивный нож-тесак, которым можно не только свежевать крупного зверя, но и наносить рубящие удары, извлекая кабаньи клыки и отделяя оленьи рога. В качестве такого орудия служил сакс, нож древних германцев, который применялся и в качестве боевого оружия, и как хозяйственный инструмент, и в качестве охотничьего ножа. На вооружении егерей, обслуживающих вельможную охоту, находился особый нож, который имел изогнутый сабельный клинок, его называли «плауте». На парфосной охоте свора собак вместе с конными охотниками и егерями гонят зверя до тех пор, пока зверь не упадет без сил. Тогда егерь, первым поспевший к упавшему зверю, быстро соскакивает с коня и наносит кривым ножом-плауте режущий удар по сухожилиям задних ног, чтобы зверь не мог убежать дальше. После чего, не торопясь, подоспевал уже сам вельможа и без особого труда добивал зверя ударом своего охотничьего кинжала.

Крутое лезвие ножа-скинера