Читаем Холостой прогон полностью

Очнувшись, он сперва долго не мог понять, сколько же прошло времени. Квайст сладко потянулся и с разочарованием понял, что кроме него в постели никого нет. Тогда он повернул голову и взглянул на светящийся циферблат настенных часов. Немного за полночь. Значит, проспал не меньше шести часов.

Джулиан протянул руку, включил лампу и снова откинулся на подушку, чувствуя приятную расслабленность во всем теле. Прошедший день встал у него перед глазами: день ужаса и насилия. Затем ему пришло в голову, что Лидия не хотела беспокоить его, зная, насколько сильно он нуждался в отдыхе и сне. Джулиан снял трубку с аппарата, стоявшего рядом с кроватью, набрал номер и долго вслушивался в длинные гудки. Нахмурившись, он повесил трубку, встал с постели, накинул халат и спустился в гостиную, включив по дороге свет.

В выдвижном ящике стола, на котором стоял телефон, Квайст нашел справочник, отыскал в нем номер домашнего телефона Глории Чард и позвонил.

Секретарша подняла трубку почти сразу.

— Это я, — сказал Квайст. — Извини за столь поздний звонок.

— Вечер ещё не кончился, — ответила Глория.

— Лидия сегодня так и не зашла в офис?

— Нет, босс.

— И ничего не просила мне передать?

— Меня — нет.

— Нигде не могу её найти, — пожаловался Квайст.

— Может быть, у вас появился соперник, босс? — с надеждой в голосе предположила несравненная Глория Чард.

— Уволю без выходного пособия, — ласково ответил Квайст.

Он дал отбой и набрал домашний номер Дэна Гарвея. По голосу Дэна легко было догадаться, что он сейчас не один. Лидию он не видел и ничего о ней не слышал целый день. Выслушав его, Квайст повесил трубку и закурил сигару. Впервые за долгое время случилось так, что он не мог найти Лидию, когда та была ему нужна. Прежде днем она почти постоянно бывала в офисе, а всё свободное время они проводили вместе. В тех редких случаях, когда ей случалось проводить время как-нибудь иначе, Квайст всегда знал, с кем она и где. В конце концов, должна же она была хотя бы просто полюбопытствовать, как у него прошел день!

Джулиан поймал себя на том, что начал раздумывать о всяких случайностях и несчастьях: пьяный водитель, сбивший девушку и скрывшийся, случайный грабитель, безмозглый молодой хулиган с ножом. Приятель-психиатр однажды сказал Квайсту, что подобные домыслы служат как бы отдушиной, давая выход накопившемуся раздражению. Выходит, он подсознательно хочет, чтобы Лидия была наказана за то, что не оказалась вовремя в пределах досягаемости?

Квайст снова поднялся наверх, надел темно-голубой летний костюм и светло-голубую легкую рубашку со стоячим воротничком, после чего погрузился в лифт, и тот перенес его к выходу на улицу. Дом, где жила Лидия, находился всего в двух кварталах, которые сейчас были ярко освещены. С реки доносились пронзительные свистки и резкие гудки буксиров.

Ночной швейцар хорошо знал Квайста в лицо. Нет, он не видел Лидию с самого начала своего дежурства, с восьми вечера. Они попытались дозвониться по внутреннему телефону. Никакого ответа.

Квайст поднялся на пятый этаж и вошел в квартиру Лидии, открыв её своим ключом. Там царил образцовый порядок. Заглянув в стенной шкаф в спальне, Джулиан долго разглядывал развешанные там платья, плащи и пальто. Он никак не мог вспомнить, как же была одета Лидия, когда возвращалась домой сегодня утром. Он был всего лишь мужчиной, а потому ему трудно было сообразить, какие вещи девушка взяла перед отъездом к Стилвеллам отсюда, а какие — из его квартиры.

Вернувшись в гостиную, Квайст набросал несколько слов и положил записку рядом с телефоном: «Если не хочешь быть четвертованной, позвони мне, как только вернешься.

Любящий тебя К.».

Он вышел и как-то нерешительно закрыл за собой дверь, размышляя, не проглядел ли нечто такое, что могло бы прояснить ситуацию. Потом Джулиан представил себе, что сейчас войдет к себе, а Лидия уже ждет его там.

Он прошел два квартала, поднялся на лифте и открыл дверь в свою квартиру. Лидии там не было.

Именно в этот момент из глубин его подсознания прозвучал сигнал опасности, и Квайст впервые встревожился по-настоящему. Они с Лидией настолько любили друг друга и были настолько близки, что непредусмотренная разлука даже на несколько часов причиняла почти физическую боль обоим. Джулиан не мог представить, чтобы Лидия исчезла на целый день, не поставив его в известность, чем бы такое исчезновение ни было вызвано. Она просто не могла забыть позвонить ему. Вот почему её необъяснимо долгое отсутствие становилось пугающим.

Когда-то давно Квайст получил от Кривича номер его домашнего телефона и теперь позвонил по нему. Кривич ответил почти сразу, хотя голос его звучал сонно.

— Это Джулиан, — сказал Квайст, — мне очень жаль, что приходится беспокоить тебя ночью.

— Такова нелегкая доля большинства копов, — отмахнулся Кривич. — У тебя появилось что-то новенькое?

— Думаю, тебе известно, каковы мои отношения с мисс Мортон, — начал Квайст.

— Да, кое-что знаю. И завидую.