Читаем Холодная ночь полностью

Шеперд прыгнул ко мне с потрясающей скоростью. Я смогла увернуться, но с трудом, и при этом стукнулась о стену. Он снова направился ко мне, но тут я вспомнила тренировки с Лукасом в Черном Кресте и безупречно воспроизвела движения: уклониться влево, схватить его за руку, крутануть и толкнуть. Шеперд с такой силой ударился о дверь, что она затрещала.

Я почувствовала себя по-настоящему крутой — правда, только на секунду, пока Черити не схватила меня сзади.

— Отпусти меня! — закричала я. — Сейчас здесь будут остальные!

— Они не успеют тебя спасти. — Черити так сильно дернула меня назад, что я не устояла на ногах и упала на ковер.

Меня охватила паника, угрожающая лишить способности соображать и двигаться, и тут раздался звон — это разбилось окно. Во все стороны полетели осколки, я вскрикнула и услышала, как от боли завопил Шеперд. Он упал лицом вниз, повалившись на меня. Я в отчаянии попыталась столкнуть его и увидела торчавший из спины кол.

Арбалет! Кто-то выстрелил прямо через окно!

Черити выругалась, метнулась вперед и выдернула кол. Я изо всех сил дергалась, пытаясь выползти из-под Шеперда, но, кажется, сейчас Черити волновала не я.

— Мы к этому еще вернемся, — пообещала она, поднимая на ноги дрожавшего, что-то бормочущего Шеперда. — Шевелись!

Они выбежали из квартиры, и ненадолго я осталась одна, тяжело дыша и плохо соображая. И тут снаружи раздался крик Даны:

— Где, черт возьми, Бьянка?

— Дана! — Я с трудом выпрямилась. Ноги не слушались. — Дана, я здесь!

Из коридора уже доносились звуки битвы — глухие удары и крики боли.

Я подошла к двери и выглянула. Черити исчезла. В дальнем конце коридора, у выхода на лестницу, сцепились Дана и Шеперд. Я не могла разглядеть, чья берет, но заметила лицо Шеперда и увидела, что он уже выпустил клыки и готов укусить.

— Берегись! — закричала я.

Дана извернулась, сильно ударила Шеперда левой рукой и толкнула его. Он вышиб дверь, перевалился через поручни и полетел вниз с лестницы, с грохотом ударяясь о металлические перила.

— Идем! — крикнула Дана. — На лифт времени нет!

Я побежала следом так быстро, как позволяли мои трясущиеся ноги, но к тому времени, когда мы спустились, Шеперд уже исчез. Швейцар без сознания лежал возле своей будки — или его вырубила Дана, или Черити и Шеперд.

Мы вышли под дождь. Мне было плевать, что я промокну, — главное, больше никогда сюда не возвращаться. Когда мы появились, Ракель просияла:

— Слава богу, что вы обе целы!

— Ты его видела? — спросила Дана. — Этого растамана?

— Нет, отсюда никто не выходил. Может быть, Милош видел. — Ракель показала на крышу дома через дорогу, и я разглядела там человека с арбалетом. Только благодаря Милошу, одному из самых жестоких охотников на вампиров, сегодня я осталась жива.

— Похоже, тебе нелегко пришлось. — Дана положила руки мне на плечи. — Ты в порядке, Бьянка?

Я помотала головой. Дана крепко обняла меня, а сзади обняла Ракель. Я ощущала их облегчение, такое же сильное, как и мое собственное.

Они были моими самыми лучшими подругами. И охотниками на вампиров. Они меня любили. Они стояли рядом, когда пытали Балтазара. Я так на них злилась, что мне хотелось визжать, и любила их так сильно, что сердцу было больно в груди. Я знала, что, убивая вампиров, они поступают неправильно, но вампир, которого я пыталась спасти, предал меня. Это невозможно распутать, мне просто придется с этим жить.

Не произнеся ни слова, я тоже обняла обеих и сказала себе, что эта минута и есть главное, а все остальное не имеет значения.

На следующий день меня освободили от патрулирования, что было прекрасно само по себе, но Элиза пошла еще дальше и дала выходной Лукасу. Ну, в данном случае «выходной» означал раскапывание вещей из-под камней и пыли в нашей прежней штаб-квартире вместо охоты на вампиров. Остальные, возможно, присоединятся к нам позже, сказала Элиза, но пока задание дано только нам с Лукасом. И поскольку мы были вместе, меня это устраивало.

— Ты уверена, что нормально себя чувствуешь? — спросил он в десятый раз.

Мы стояли около одного из старых жилых вагонов среди обломков камней, грязные, как в день нападения.

— Клянусь, все хорошо. Черити меня просто испугала.

— Она хочет превратить тебя в вампира, — сказал Лукас. — И похоже, намерена во что бы то ни стало выследить и поймать.

— Пока мой телохранитель рядом, мне ничто не угрожает, — засмеялась я, ткнув пальцем в его твердые бицепсы.

В туннеле стояла ужасная жара, и Лукас был без рубашки. Раньше здесь работали вентиляторы, делая это место пригодным для жизни, но сейчас температура сильно поднялась и было настолько влажно, что казалось, будто мы не ходим, а плаваем.

Лукас поцеловал меня так страстно, что мы оба наверняка потеряли бы голову, не будь окружение таким мрачным. Когда наши губы разъединились, он сказал:

— Нам в самом деле совершенно необходимо найти возможность проводить хоть какое-то время наедине.

— Скоро мы постоянно будем наедине. — Я положила ладони на его голую грудь и застенчиво добавила: — Просто дождаться не могу.