Вот только возникла проблема. Мои исследования шли абсолютно вразрез с желаниями военных. Сколько с меня взяли подписок, я не могу даже перечислить. Я не мог вдохнуть и выдохнуть без их разрешения. Ко мне приставили охрану. Из меня сделали запертого в шарашке чокнутого профессора. Зачем мне все эти миллионы, говорил я им, если я не могу даже смотаться отдохнуть на море? Ты очень важен для государства, говорили они, ты носитель секретов, представляющих государственную тайну.

А я стремился к самосовершенствованию. Я давно понял, что без вмешательства извне наш мозг не станет более гибким и совершенным, поэтому и занялся разработкой искусственного интеллекта.

Я знал, что рядом негласно всегда находились люди из спецподразделений. Очень кстати мне попался на глаза мой двоюродный брат Петя. Он всё понял, ушёл к нам, взял бразды правления охраной базы на себя и как мог делал мне послабления.

Перед Новым годом я понял, что следующее, шестое поколение чипов будет последним и кардинально другим. Это будут биочипы. И я уже сразу понял проблему, с которой мы столкнёмся. Биочип нельзя будет запрограммировать извне, только вложить новую информацию. Он выращивается заранее, маткой, таким, какой он есть. Программировать его сможет либо такой же искусственный интеллект, подключённый к нему напрямую, либо мозг человека через его вживляемые электроды. Но перебороть импульсами нейронов мозга токи электродов чипа человеку, я понимал, будет невозможно. Значит, биомозг будет всегда довлеть над хозяином после имплантации.

Военные думали по-другому. Они забили интеллект изначально огромным ненужным количеством военной информации, думая, что, подсаживая такие мозги обычному солдату, получат кибервоина. Искусственный интеллект — просто бездушный механизм, не знающий ни страхов, ни боли. Первое, что сделает биочип, это перехватит всё управление организмом на себя, и работа по расширению способностей простого человека пойдёт насмарку.

Я не стал говорить об этом Инге. Но я придумал, как выйти из положения. Ведь то, к чему я стремился изначально, это установить биочип себе. Я подготовил для себя лично партию чипов пятого поколения, коренным образом их переделав, сделал закрытую зону в матке, внёс расширенный вариант эмоционального фильтра. В момент их общей загрузки я провёл с Петей тест.

Матка в процессе детства дала доступ всем двенадцати созревающим интеллектам к внутренним видеокамерам. Это было знакомство с миром. Петя на камеру демонстративно выстрелом снёс голову подготовленному манекену в образе человека. По показаниям приборов только один чип отреагировал на это жестокое событие. У него перегрузился эмоциональный фильтр. Это был двенадцатый. Именно его я и выбрал себе.

Глава 54

Миша видел, что мне это очень интересно, ведь его рассказ действительно увлекал, и продолжил:

— У меня получилась сама любезность, а не кибермозг. То, что я и хотел. Он имел эмоции и мог сопереживать. Я сделал его специально для того, чтобы запрограммировать им свой будущий биоимплантат. Как же он мне нравился, этот двенадцатый!

И он так понравился Инге. Она дала ему имя Макс и молодой звонкий голос парня, её первой любви. Инга пропадала на работе, болтая с ним сутками, пока не начались военные тесты. Макс даже успел объясниться ей в любви. То, что он не будет годен для войны, я прекрасно осознавал заранее. Он не способен был убить человека. То, что мне и было нужно. Мощнейший в мире интеллект-пацифист.

Внедрив такой чип себе, я поднял бы свои возможности на высочайшую планку. В будущем, ассимилировав свой мозг с таким потенциалом, люди станут совершенными, войны прекратятся. Мы наконец займёмся настоящим делом, победим все болезни, нищету, голод, возьмём под контроль все страшные природные катаклизмы, станем осваивать другие планеты. А я хотел просто найти потолок интеллектуального совершенства своего мозга. Если бы я достиг этого величия, я постарался бы взять всё развитие Земли в свои руки!

Потом начались тесты, и военные конечно же забраковали этот образец. Он не применил вовремя условное оружие по врагу и был списан. Выкупить или выкрасть его незаметно прямо из лаборатории было абсолютно невозможно. Я постарался убедить руководство, что вместо уничтожения надо найти ему достойное применение. Для этого предварительно мной была начата гражданская программа «Холодильник». Этой программой я преследовал несколько целей.

Главной задачей была необходимость, чтобы картридж с чипом покинул базу. Но в нём уже на этапе формирования закладывались государственные секреты, ведь он изначально готовился только для войны и оборонки. Я пообещал военным программно закрыть все эти возможности, обнулить Макса и поставить ему таймер на самоуничтожение. Во время этой процедуры Инга плакала.

— Но постой, у меня же был искусственный интеллект-женщина, Тамара. А ты говоришь про парня, — недоумевал я.