Читаем Хочу стать генералом полностью

Обратный марш мы совершили образцово. Так, что даже самим понравилось. Чебана я отправил вперед. На товарообмен выделил ему две машины. Ему пообещали отоварить его по большому счету. По приезду, я передал бразды правления по службам. Занес Хворостову огромный пакет с копченостями. Оказалось, в полку он звание не обмывал. Ждал нашего возвращения со стрельб, чтобы не накаркать беды.

За три дня офицеры и прапорщики отодрали своих жен и любовниц. Вымыли, вычистили, привели в порядок боевую технику. Жизнь вошла в свое привычное русло. И как будто нет этих напряженных дней, бессонных ночей, рева моторов, нахождения по пятнадцать часов в тесных отсеках без свежего воздуха. В жаре. Вот такая офицерская служба минимум двадцать лет до 30 % пенсии. Большинство офицеров, при выходе на пенсию, квартиры не имеют. Специальности тоже нет. Сверстники, с кем учился в школе или дружил, имеют семьи, квартиры, свои интересы, постоянный круг друзей, интересов. После выхода на пенсию, практически нам свою жизнь надо начинать с чистого листа. Но по молодости лет мы об этом не думаем. Ведь пенсионный возраст — это так далеко. Ирина, услышав мои высказанные мысли вслух, только всплеснула руками.

— Ты сейчас второе лицо в гарнизоне. Тебя здесь уважают. Я, когда прихожу на склад за продовольственным пайком, то меня пропускают без очереди. Выбирают куски, получше. В магазине дают на выбор любой дефицит. Приглашают в гости. Ну вот, ты уйдешь на пенсию. Куда пойдешь — поедешь. На родине своей двадцать лет не был. Жить там негде. Квартиру обещают дать через четыре года, да и то однокомнатную на окраине. А кем ты можешь устроиться работать? А никем. В любом городе все надо начинать сначала. В Ужгород тебе ехать нельзя. Остается одно место — Винница. К моим родителям в их двухкомнатную квартиру. Там офицерская очередь на жилплощадь на четыре года. Купить себе квартиру, денег нет. Покупать ее глупо. Тогда, вообще, с очереди снимут.

Во многом Ирина права. Командир полка пообещал дать чуть раньше отпуск. Надо ехать в Киев, сдавать экзамены в институте, переходить на следующий курс. Все равно, самый короткий срок до пенсии — февраль-март 1986 года. Это с учетом участия в боевых действиях. Я бы ничего, но от рокота двигателей, артиллерийской стрельбы, дает о себе знать голова. Значит, мозги в голове есть, раз они болят. Да и в глубине души я твердо уверен, свое место в гражданской жизни за два-три года найду. А пока пусть Ирина наслаждается своим почетным местом в жизни гарнизона. Тем, что она большой общественный деятель. Может решать для людей их проблемы, а заодно решать и свои. Я в ее дела не вмешивался. После приезда с полигона у меня своих дел невпроворот.