– Да, почему он должен это делать? – раздраженно спросил Ансила. – Я custos над всем вооружением и доспехами. И я отдаю здесь приказы.

– Прекрасно, тогда отдай этот приказ немедленно, custos Ансила. В таком случае кузнец и ты тоже сможете работать над этим оружием всю ночь, прежде чем Теодорих велит вам сделать это завтра. Не сомневайтесь, именно так и будет.

* * *

– Зёрна овса? – с недоверием воскликнул Теодорих, когда я явился к нему на следующее утро. – Ты собираешься сломать ворота при помощи овса? Ты что, сошел с ума от голода, Торн?

– Вообще-то, у меня нет полной уверенности, что это сработает, – признался я. – Но как-то раз я видел, что это чудесным образом сработало, хотя тогда речь шла не об осаде.

– Ну-ка объясни мне все как следует.

Теодорих обследовал предмет, который я принес, один из нескольких, что Ансила и кузнец сделали за ночь. Теперь, изготовленный из тонкого листа металла, он не слишком смахивал на стручок гороха, каким был на моем рисунке, и уж совсем не был похож на трубу. Предмет этот больше напоминал тонкое, заточенное с одной стороны лезвие меча, с концами квадратной формы. Я специально велел кузнецу оставить один конец незаваренным.

– В это отверстие, – объяснил я, – мы насыплем зёрна овса, затолкаем туда их столько, сколько войдет. Затем до самых краев нальем воды. После этого кузнец наденет крышку на этот конец и приварит ее. Потом я с несколькими воинами доставлю эти штуки к воротам, потому что все нужно делать быстро. Мы вставим как можно больше таких снарядов тонкими концами в трещины и промежутки вокруг ворот, поближе друг к другу. Мы забьем их как клинья, как можно дальше и прочней в эти трещины.

Я остановился, чтобы перевести дух. Теодорих задумчиво разглядывал меня, но даже и не думал улыбаться.

– А что дальше? – спросил он.

– Затем мы вернемся обратно и станем ждать. Набухшее и запертое в этих сосудах зерно должно разорвать их с огромной силой. Недостаточной, возможно, чтобы сломать ворота целиком. Но я думаю, что этого хватит, чтобы сорвать створки, а уж они сломают брус, который лежит под ними. Этого будет достаточно, я надеюсь, чтобы ворота поддались нашему штурму – при помощи только сырого дерева в качестве тарана, которым мы вооружим самых крепких воинов.

Все еще глядя на меня оценивающим взглядом, Теодорих сказал:

– У меня нет плана укреплений Сингидуна, но я знаю, что эта стена должна быть чудовищно мощной. Возможно, что там имеются и вторые ворота, которые перекрывают арку с другой стороны.

– Тогда нам просто придется повторить эту процедуру еще раз. Ведь защитники никак не могут помешать нам. Разумеется, когда мы войдем в город (если это случится), нам придется решать другую проблему. Ведь нас будет всего лишь шесть тысяч против девяти.

Теодорих лишь махнул рукой:

– Ты сам в одиночку уложил троих опытных сарматских воинов. Если каждый из моих людей просто повторит твой подвиг, то мы можем уверенно выступить и против восемнадцати тысяч.

– Если только мы вообще попадем внутрь, – напомнил я. – Но мы ничем не рискуем, если попытаемся сделать то, что я предложил. Я лично лучше бы использовал овес именно так, чем есть ту клейкую кашицу, которую из него делают.

– Согласен, – развеселился Теодорих. – Конечно же, я попробую твой план. Ты разве сомневаешься в этом? Я немедленно отправлю людей, чтобы свалить дерево для тарана. А ты пока беги и скажи Ансиле, пусть найдет себе помощников, чтобы продолжить делать эти… как ты их там называешь. Но пусть кузнец обязательно доделает твои доспехи. Ведь если эта твоя хитрость сработает, ты, разумеется, захочешь первым войти в ворота. А для этого тебе понадобятся шлем, доспехи и круглый щит. Habái ita swe!

Это был первый приказ, который Теодорих отдал мне как командир и король, но впоследствии я часто слышал, как он произносит эту повелительную фразу в заключение речи, и видел ее в конце каждого подписанного им документа и приказа: «Да будет так!»

3

Custos Ансила покорно выполнил все наказы Теодориха и усадил нескольких учеников кузнеца нарезать, сворачивать и заваривать сосуды, которые предстояло наполнить зернами овса. Сам мастер тем временем заканчивал более кропотливую работу по изготовлению моего шлема. Ансила сказал мне:

– Давай посмотрим, что еще может тебе понадобиться. Покажи мне твой меч. – Я вытащил его из ножен, и оружейник презрительно фыркнул, когда увидел, что это обычный римский военный гладиус. – Ты когда-нибудь использовал свой меч в сражениях? – спросил он. – Тебе приходилось убивать им?

– Да, один раз, он хорошо убивает. – Я не стал уточнять, что единственной жертвой моего меча была старая и безоружная женщина из племени гуннов.

Ансила проворчал: