Читаем Хищник полностью

— Я не эксперт по оружию. Это по твоей части. Проклятый сукин сын.

— В заявке указывают вид оружия и время его использования на стрельбище или в баке с водой. Могу тебе показать. — Взяв общую тетрадь, он открыл ее на последней заполненной странице. — Опять доктор Эмос. Две недели назад он брад «Таурус РТ-145» для испытания оружейного желатина. В тот раз он по крайней мере зарегистрировался. А вот позавчера не удосужился.

— А зачем он приходил в хранилище?

— Принес свой собственный пистолет. Он коллекционирует оружие. Крутой парень.

— А ты можешь сказать, когда в компьютер были введены сведения о «Моссберге»? — спросил Марино. — Ну, вот как с файлами: там всегда указывается последняя дата сохранения. Меня интересует, мог ли Джо поменять что-нибудь в компьютере задним числом, представив все так, будто ты дал ему ружье, а потом вернул его в хранилище.

— В компьютере есть файл, который называется «Журнал». Сейчас я его закрою без сохранения и посмотрю, когда его в последний раз открывали, — сказад Винс, внимательно вглядываясь в экран. — Последнее сохранение было сделано двадцать три минуты назад. Вот это да!

— А у этого компьютера есть пароль доступа?

— Конечно, есть. Кроме меня, туда никто не может войти. Кроме Люси, конечно. Непонятно, зачем доктору Эмосу понадобилось звонить и просить разрешения посмотреть файлы. Если он что-то исправил в электронном журнале, какой смысл влезать в компьютер снова?

— Все очень просто. Если бы ты открыл для него файл, а потом сохранил и закрыл его, то этим бы замаскировал предыдущее сохранение.

— Этот парень неплохо соображает.

— Ну, это мы еще посмотрим.

— Очень неприятная история. Если он смог влезть в мой компьютер, значит, он знает пароль.

— А ты его где-нибудь записывал?

— Нет. Я соблюдаю осторожность.

— Кто, кроме тебя, знает код хранилища? На этот раз я его прищучу. Так или иначе.

— Люси. Она имеет доступ во все помещения. Пойдем, я тебе покажу.

Хранилище представляло собой несгораемое помещение со стальной дверью и кодовым замком. Внутри располагались стеллажи с ящиками, в которых хранились тысячи образцов патронов и гильз. На полках лежали сотни пистолетов, на стенах висели винтовки, дробовики и ружья, на каждом из которых был инвентарный номер.

— Ну прямо кондитерский магазин, — сказал Марино, оглядываясь по сторонам.

— А ты раньше здесь не был?

— Я не фанат оружия. Мне оно и так поперек горла.

— В каком смысле?

— В том смысле, что мне приходится им пользоваться.

Винс осмотрел все полки с ружьями, поднимая каждый дробовик и внимательно читая этикетку. Он проделал это дважды. В поисках «моссберга» они с Марино буквально обшарили каждую полку. Но он как сквозь землю провалился.

Скарпетта показала на участки посмертной синюшности кожи — красновато-фиолетовые пятна, вызванные застоем крови. На правой щеке, груди, животе, бедрах и внутренней стороне предплечий кожа побелела в результате соприкосновения с какой-то твердой поверхностью, например с полом.

— Она какое-то время пролежала ничком, — сказала Скарпетта. — По крайней мере несколько часов. Причем голова была повернута набок, о чем свидетельствует побеление правой щеки, которая была прижата к полу или к какой-то твердой поверхности.

Она перешда к следующей фотографии, где на секционном столе ничком лежало обмытое тело той же женщины. На мокрой коже ярко выделялись красные отпечатки рук, которые, очевидно, были нанесены водостойкой краской. Скарпетта вернулась к предыдущим фотографиям, стараясь восстановить подробности гибели жертвы.

— Убив се, он, вероятно, перевернул ее на живот, чтобы нанести рисунок на спину, — предположил Бентон. — Возможно, он разрисовывал ее несколько часов. Из-за застоя крови образовалась синюшность, которую мы видим на фотографии.

— У меня другая версия, — сказала Скарпетта. — Он сначала разрисовал ее спереди, потом перевернул и нанес рисунок на спину. В таком положении он ее и оставил. Конечно, все это он проделал не на улице и не в темноте. А там, где никто не мог услышать выстрела или увидеть, как он погружает тело в машину. Возможно, в машине. В фургоне, внедорожнике или грузовике. Застрелил, раскрасил и привез к озеру.

— Все одним махом.

— Это ведь значительно снижает риск. Он ее похитил, привез в укромное место, убил в машине — при условии, что там было достаточно места, — а потом бросил тело в лесу, — рассуждала Скарпетта, продолжая просматривать фотографии на мониторе.

Она остановилась на фотографии ее мозга, вернее, того, что от него осталось. Плотная волокнистая оболочка, выстилающая внутреннюю поверхность черепа, которая называется твердой мозговой оболочкой, обычно имеет кремоватый оттенок. На фотографии же она была желтовато-оранжевой. Скарпетта вспомнила фото Эв и Кристины, которое она видела в их спальне. Ей тогда бросился в глаза желтушный цвет кожи одной из сестер. Открыв протокол вскрытия, она посмотрела, что там было написано о белках глаз убитой женщины. Они были нормального цвета.