Читаем Хищник полностью

Более скромный человек мог бы запротестовать, попросить разъяснений или поставить под сомнение авторитет Кросса. Бромберг просто воспринял сказанное, на мгновение задумался, кивнул и сказал:”

“И еще одно, - добавил Кросс. - “Мне нужно как можно скорее увидеть вертолеты, но пока между нами и ними находится буровая вышка со всеми ее горящими огнями, это невозможно. Ты можешь дать мне лучший ракурс?”

“Конечно.”

Бромберг отдал приказ, и "Гленаллен" набрал скорость, взяв новый курс, который направил его к востоку от буровой установки, двигаясь вместе с ветром. Кросс вышел наружу, на одну из маленьких открытых погодных палуб, обрамлявших мостик, не обращая внимания на проливной дождь и стараясь держаться подальше от брыкающегося и ныряющего буксира, пока он плыл по все более высоким, покрытым пеной волнам. Он нес тепловизор и, приложив его к глазу, повернулся на северо-восток, откуда приближались вертолеты. Медленно, кропотливо он двигался из стороны в сторону, слегка смещая вертикальный угол своего тепловизора, чтобы отслеживать на разных высотах, и избегая ослепительного блеска света, окружавшего буровую установку, пока он искал слабое тепловое свечение, которое сигнализировало бы о присутствии самолета. Его волосы прилипли к голове, одежда промокла насквозь, и ему приходилось каждые несколько секунд останавливаться, чтобы стряхнуть с тепловизора лужи дождевой воды. Одна минута превратилась в две.

Теперь они должны были быть очень близко. Почему он их не видит?

А затем, когда он еще раз пронесся по небу, они уже были там, приближаясь на такой низкой высоте, что могли быть почти камнями, скользящими по воде. Они были достаточно близко, чтобы Кросс мог ясно видеть форму их фюзеляжей. Для любого, кто имел хоть какой-то военный опыт, это было безошибочно.

“Это Хинды, - сказал себе Кросс.

Он слышал об одном "Хинде", которым владел и управлял южноафриканский наемник, но если они летали в паре, то должны были быть военными. Ангола имела свой собственный взгляд на коммунистический серп и молот на своем национальном флаге и всегда покупала большую часть своего военного снаряжения у русских. Таким образом, доказательства были ошеломляющими: это должны были быть вертолеты ангольских ВВС, и это означало, что это действительно могло быть учебное упражнение в конце концов.

Но что, если это не так? Кросс обратился к Фрэнку Шарману на вышке: "два вертолета, судя по их виду, приближаются к вашему месту. Не спускай с них глаз. Они утверждают, что находятся на учебной миссии. Если так, то все в порядке. Если они проявят какие-либо признаки враждебных действий, держите меня в курсе всего происходящего и ждите дальнейших указаний.”

“Ты все понял, босс.”

Кросс почувствовал, как внутри у него все напряглось и сжалось в горле. Это был первый признак напряжения, охватившего его за несколько мгновений до боя, и он точно знал, что это означает. Несмотря на то, что его разум привел вполне разумные доводы в пользу того, чтобы принять эти вертолеты за чистую монету, его инстинкты определили их как угрозу. Он на мгновение поднял глаза к залитому водой небу и помолился, чтобы его инстинкты хоть раз ошиблись.

Героем детства Те-Бо был Усэйн Болт, и когда он стал старше, одной из вещей, которыми он восхищался больше всего в своем кумире, было то, как Болт мог дурачиться на трассе всего за несколько секунд до начала олимпийского финала, но когда стартовый пистолет выстрелил, он был прямо в зоне, сосредоточенный только на своей гонке, мгновенно готовый бежать быстрее, чем любой другой человек, который когда-либо жил. Точно так же Те-Бо гордился тем, что может в любой момент ворваться в свою собственную зону, как воин и лидер. Так что теперь он отдавал приказы людям в своем головном вертолете и тому, кто был сзади, чтобы убедиться, что все знают свои задания и что все они так же, как и он, готовы нанести ущерб своей цели и ее обитателям.

Один из членов экипажа "Хинда" распахнул дверь фюзеляжа, впустив внутрь поток пропитанного дождем воздуха. Многие мужчины закричали от внезапного проливного дождя, но Те-Бо едва обратил на это внимание. По его мнению, плохая погода была его другом, потому что, взглянув вниз на платформу, он увидел, что ее вертолетная площадка пуста. В такую ночь никто не ожидал бы прибытия нового рейса. Теперь, когда его спутник занял позицию прямо над вышкой, первый Хинд пошел на посадку. В ту же секунду, как его колеса коснулись площадки, Те-Бо спрыгнул на поверхность платформы, махнув своим людям, чтобы они шли за ним, и отправил их в назначенные места вокруг буровой установки. Вертолет снова поднялся в воздух, добавив свою тягу к штормовому ветру, и вторая птица приземлилась.