— Господин Трой, у доктора Корделл все расписано до пяти вечера, а потом она сразу поедет домой. Через две недели — это все, что я могу вам предложить.

— Что ж, не беспокойтесь. Я обращусь к другому врачу.

Я повесил трубку. Теперь я знаю, что вскоре после пяти она выйдет из больницы. Она будет усталой и наверняка поедет прямо домой.

Сейчас девять утра. Для меня сегодня день ожидания, предвкушения.

Десять кровавых лет греки осаждали Трою. Десять лет они упорствовали, бросались на стены врага, и удача то улыбалась им, то отворачивалась по воле богов.

Я ждал всего два года, чтобы получить свой приз.

Достаточно долгий срок.

Глава 21

Секретарь по работе со студентами медицинского факультета университета Эмори внешне была вылитая Дорис Дей — яркая блондинка, с возрастом превратившаяся в знойную южную матрону. В кабинете Уинни Блисс рядом со шкафчиком для студенческой почты уютно расположились и кофейник, и хрустальная вазочка с домашним печеньем — Мур вполне мог себе представить, как измученный учебой студент-медик приходит сюда за утешением. Уинни проработала на этой должности двадцать лет и, поскольку своих детей у нее не было, отдавала всю свою нерастраченную материнскую любовь студентам, которые каждый день являлись в ее кабинет за почтой. Она кормила их печеньем, помогала подыскать комнату, давала советы в делах сердечных и утешала в случае провала на экзаменах. И каждый год в день выпуска она проливала слезы по ста десяти деткам, покидавшим ее навсегда. Все это она рассказывала Муру своим бархатным южным голосом, угощая печеньем и кофе, и он охотно ей верил. Уинни Блисс была на редкость мягкой и заботливой.

— Я поначалу не поверила, когда мне позвонили из полиции Саванны два года назад, — сообщила она, грациозно опустившись в кресло. — Я сказала им, что это, должно быть, ошибка. Я видела Эндрю каждый день, он приходил сюда, ко мне, за почтой, и это был самый что ни на есть приятный молодой человек. Вежливый, никогда от него слова грубого не услышишь. Знаете, детектив, я привыкла смотреть людям в глаза, просто чтобы дать понять, что я их вижу. В глазах Эндрю я видела хорошего мальчика.

«Лишнее свидетельство того, как легко нас обмануть», — подумал Мур.

— За те четыре года, что Капра учился здесь, вы не припоминаете, были ли у него близкие друзья? — спросил Мур.

— Вы имеете в виду возлюбленных?

— Меня больше интересуют его друзья-мужчины. Я говорил с его прежней домохозяйкой здесь, в Атланте. Она сказала, что к нему иногда заходил молодой человек. Она думала, что он тоже студент-медик.

Встав из-за стола, Уинни подошла к шкафу с документами и достала оттуда компьютерную распечатку.

— Вот список курса, на котором учился Эндрю. Всего сто десять студентов, из них половина — мужчины.

— У него были близкие друзья среди них?

Она бегло просмотрела три страницы списка и покачала головой.

— Мне очень жаль. Я просто не могу вспомнить никого, с кем он был особенно близок.

— Вы хотите сказать, что у него вообще не было друзей?

— Нет, я просто не знаю никого из его друзей.

— Могу я посмотреть список?

Она протянула ему распечатку. Мур просмотрел первую страницу, но, кроме имени Капры, ни одно из имен ему не было знакомо.

— А вы знаете, где сейчас живут все эти студенты?

— Да. Я обновляю их почтовые адреса для рассылки бюллетеня выпускника.

— Кто-нибудь из них проживает в Бостоне или его окрестностях?

— Дайте-ка мне проверить. — Она повернулась к компьютеру, и ее пальчики с розовым маникюром весело забегали по клавиатуре. Наивная Уинни Блисс казалась женщиной из другой эпохи, и ему было странно видеть, как она ловко работает с компьютерными файлами. — Вот, есть в Ньютоне, Массачусетс. Это недалеко от Бостона?

— Да. — Мур придвинулся ближе к монитору, чувствуя нарастающее волнение. — Как его зовут?

— Это не он, а она. Латиша Грин. Чудесная девочка. Она всегда приносила мне огромные пакеты с печеньем. Конечно, это было нечестно с ее стороны, поскольку она знала, что я блюду фигуру, но мне кажется, ей просто нравилось кормить людей. Такая уж натура.

— Она была замужем? Был ли у нее бойфренд?

— О, у нее потрясающий муж! Я таких великанов больше никогда не встречала! Ростом под два метра и с такой красивой черной кожей.

— Черной… — повторил он.

— Да. Такая, знаете, шелковистая…

Мур вздохнул и вновь обратился к списку.

— И вам неизвестен больше никто из однокурсников Капры, кто жил бы поблизости от Бостона?