Читаем Хибакуша полностью

Вот так, а бабушки нам – добротной самогоночки! Спасительный бартер.

Комплект новый х/б, «афганка» назывался, шёл у местных по пятнадцать рублей – на ура! Практичный потому что. Кто считал, сколько осталось комплектов! Всё же уничтожалось, последствия. Война всё спишет!

Да они всегда жировали! Зам по тылу и нач ПО ни разу в Чёрной Зоне не были, а ордена Красного Знамени получили!

Ну, это – тема вечная!

Особист жил в отдельной палатке, следил за нашей «нравственностью». Блюл, так сказать!

Шкура барабанная! Менялись они через двадцать один день. Пост сдал – пост принял! А у нас в роте у троих по трое детишек, а у Гунтиса вообще – четверо! Им и близко к военкомату не велено по закону подходить! Рапорты раз в неделю по начальству писали.

Соколов, министр обороны, дважды прилетал, чиновники высокого ранга – не пересчитать, академик Сахаров…

Ему привозили большие цветные фотографии, спецкоманда ездила к реактору на БТР. Посмотрел он на фото и говорит:

– Единственный вариант – направленный подземный взрыв!

Я после возвращения в газете прочитал, что дотошные японцы собрали мощный компьютер, соединили тридцать восемь штук, загрузили исходными данными по Чернобылю. Он пожужжал довольно долго, сосредоточил все микросхемы на главное и выдал:

– Единственный возможный вариант – направленный подземный взрыв!

Вот это – голова! Настоящий академик! Скольких комьютеров стоит! И когда Сахарова на трибуне эта сволота депутатская пинала, гнобила и «захлопывала», лично мне было обидно! И стыдно очень! За них! Я-то его с другой стороны знал, чуть-чуть, хоть и не лично! Таким «достоянием» – разбрасываться! Только в России! И за державу было обидно, которая умирала и которая нарождалась, я же имел на это право, хотя и прав-то – не качал! Попереживал внутри себя.

А «Укрытие» строили двести шесть дней. Ступеньками, как и положено пирамиде. Кроме арматуры, бетоном заливали всё, что было под рукой и страшно фонило от большой дозы радиации.

Всё шло в дело.

На них трубы, дальше металлические конструкции и крыша.

Почему не всё залили бетоном? Чтобы обеспечить охлаждение и циркуляцию воздуха. Если бы залили, внутри этого монолита мог произойти сильный нагрев, и тогда не избежать новой катастрофы.

Значит, следуя логике Академика, сооружать саркофаг не имело смысла. Ведь к осени 1986 года стало ясно, что выбросы радиоактивности из останков реактора серьёзной опасности не представляли. Бредовая идея о восстановлении территорий, возвращении жителей в места прежнего проживания, захватила преступные умы дряхлых правителей с дипломами Высшей партийной школы. И выбить её оттуда или разумно повлиять, вряд ли кому-нибудь тогда удалось.

Каждый день десятки тысяч людей получали свою дозу в зоне, страна тратила гигантское количество ресурсов, велись работы, сопоставимые со строительством пирамид в древнем Египте. А нужно-то было: удалить остатки ядерного топлива из уцелевших реакторов, законсервировать надолго станцию.

И прекратить все те невероятные по размаху и стоимости работы, которые велись для Чернобыля всей страной. Огородить территорию крепким забором и законсервировать станцию на долгие годы.

Сахаров и строители – космос и муравьи.

Полесское ещё не выселили.

Ночью подскочим, душно, двери на телефонную станцию приоткрыты. Семь-восемь женщин только успевают штекеры вставлять, вызывать и соединять людей.

Улыбаются, кокетничают.

И мы поулыбаемся, конфетами угостим.

С родными удастся поговорить – праздник.

Вода спасала. Населённый пункт Чернобыль, там, где Госкомиссия правительственная заседала – его постоянно водой мыли, так, что уровень был – ниже, чем в Москве. И получалась опять легенда – Чернобыль! Собирательный мифический образ, и название таинственное, от ведьм – горькая полынь-трава. Пророков сразу вспомнили. От Нострадамуса с катренами до «бабушки Махоры» с соседней улицы!

Рваные воспоминания.