Часто приходится слышать, как человек удивляется, почему никто не может приготовить ему такого обеда, какой готовила, в прежние времена, мать. Почему это? Единственно только потому, что вместо голода он ощущает теперь неестественный аппетит и конечно перестал испытывать удовлетворение от пищи с того момента, как ест вследствие аппетита, т. е. вследствие раз установившейся привычки.

Читателя, может быть, все это удивляет, и он недоумевает, что может быть общего со всем этим у хатха-йоги? Но дело в том, что йоги победили в себе аппетит и позволяют проявляться только голоду. Вследствие этого они получают наслаждение от каждой пригоршни пищи. Даже от куска черствого хлеба они получают насыщение и удовольствие. Йог ест, как не умеют есть обыкновенные люди, и, не будучи анахоретом и аскетом, получает от еды истинное удовольствие, так как все его блюда приправлены самым пикантным соусом — голодом.

Поглощение праны из пищи.

Хитрость природы в комбинировании различных средств для достижения одной цели и в умении делать необходимое приятным проявляется в бесконечно большом количестве случаев. Один из самых поразительных примеров этого рода будет приведен в этой главе. Читатель увидит, как природа исполняет несколько дел одновременно и как умеет она сделать приятными необходимые для человеческого организма функции.

Начнем с теории йогов об усвоении праны из пищи. Теория эта утверждает, что в пище как человека, так и животных содержится известная форма праны, которая абсолютно необходима для поддержания в человеке силы и энергии, и что эта форма праны поглощается из пищи нервами языка, рта и зубов. Жевание пищи освобождает эту прану, размельчая частицы пищи в микроскопические кусочки, передавая их затем в виде многочисленных атомов праны языку, рту и зубам. Каждый атом пищи содержит в себе большое количество электронов праны, или пищевой энергии, причем электроны эти освобождаются при пережевывании пищи под химическим действием некоторых элементов слюны. Освободившись от пищи, эта пищевая прана передается нервам языка, рта и зубов, быстро проходит по телу и костям и достигает многочисленных складов нервной системы, откуда затем передается во все части тела, где она идет на увеличение энергии и жизненной силы клеточек. Вот в общих чертах эта теория.

Читатель, может быть, удивится, для чего нужно добывать прану из пищи, когда ее имеется достаточно в воздухе, и природа лишь напрасно тратит время и труд, добывая прану из пищи. Это объяснить не трудно. Существует несколько проявлений, или форм, праны, каждая из которых необходима для различной работы. Прана из воздуха исполняет одну работу, прана из воды — другую, а та, которая добывается из пищи, служит для осуществления третьей.

Природа стремится, чтобы каждый кусок пищи был хорошо разжеван и насыщен слюной, прежде чем он будет проглочен, и пренебрежение этим отзывается на пищеварении. Жевание — естественная привычка человека, которой он стал пренебрегать вследствие ненормальных требований, созданных цивилизованной жизнью. Жевание необходимо для размельчения пищи, чтобы ее легче можно было проглатывать, а также чтобы она была лучше насыщена слюной и желудочным соком. Жевание вызывает выделение слюны, что является одной из необходимых степеней пищеварительного процесса. Слюна совершает ту часть работы, которую не может совершить никакой другой сок. Пищеварительный процесс, облегченный обильным количеством слюны, и поглощение пищевой праны вместе с тем дают большую экономию в расходовании сил.

Для вполне нормального человека жевание пищи является приятным процессом; то же самое испытывают животные и дети. Животное жует и насыщает слюной свою пищу всегда с видимым наслаждением, ребенок жует и сосет все гораздо дольше, чем взрослый, пока, наконец, его не начнут учить есть, как едят все. По теории йогов, кроме вкуса, который доставляет нам удовольствие от принятия пищи, есть еще нечто неясное и неопределенное, что заставляет вас держать во рту пищу, перевертывать ее языком, жевать и сосать, а уже затем совершенно размягченной незаметно для себя проглатывать. Пока в пище сохранилась хоть частичка вкуса, в ней имеются еще питательные вещества. Но мы все-таки думаем, что кроме того есть еще другое ощущение, которое, если мы научимся находить его, даст нам удовлетворение от долгого непроглатывания пищи, и это ощущение продолжается до тех пор, пока из пищи не отделится вся прана. Из этого каждый может понять, почему йоги, вместо того чтобы сразу проглатывать пищу, подолгу держат ее во рту, позволяя ей таять и растворяться. Это ощущение может заметить каждый, как от такой пищи, которая не представляет собой ничего особенного по вкусу, так и от такой, которая пользуется особым предпочтением данного лица.

Описать это ощущение почти невозможно. Единственно, что можно сделать, это привести сравнение.