Читаем Харун Ар-Рашид полностью

В Багдаде многие названия происходили от племен и профессий, особенно если ремесла эти принадлежали к числу уважаемых, как, например, ткачество, от которого происходит название Базза. Рынок тканей, отдельный от прочих, размещался вблизи мечетей, наряду с банками и лавками золотых и серебряных изделий. Такие коммерсанты — импортеры, экспортеры, судовладельцы, ювелиры, торговцы зерном и маслом — пользовались значительным влиянием. У некоторых объем сделок достигал колоссальных размеров. Они предоставляли займы халифам, визирям, которые в ответ обеспечивали им покровительство, а главное, закрывали глаза на операции на грани мошенничества. Образуемые ими группы давления оказывали влияние на правительство и государство. Не считая придворных, именно они больше всего кичились своей роскошью, владели самыми красивыми домами, садами, рабами и самой многочисленной челядью. Они искупали вольность своих нравов строительством мечетей и фонтанов, содержанием благотворительных учреждений и щедрой милостыней. Подобно принцам, торговцы и банкиры покровительствовали писателям, поэтам, музыкантам и певицам, оказывая им материальную помощь. Принимая их у себя, меценаты обзаводились собственным двором, удовлетворявшим их интеллектуальные и художественные притязания.

Как и все жители Багдада, крупные торговцы и банкиры принадлежали к самым разным народностям. Самыми искусными в делах считались персы, выходцы из Басры и Южной Аравии. Евреи были грозными соперниками для всех. Еврейских менял и ростовщиков в Багдаде было немало. Они ссужали деньгами визирей и государство.

Прошли те времена, когда на привилегированном положении были военачальники и «секретари» (куттаб). Завоевательные войны закончились, и теперь власть одинаково нуждалась в опытных и богатых дельцах, а также в чиновниках и лидерах, способных командовать ее армией. Принцы, а тем более высокопоставленные чиновники относились к купцам без всякого презрения. Некий торговец маисом, перс по происхождению, был сотрапезником визиря Мамуна Фадла ибн Сахла, а следующий халиф, Мутасим, сделал своим визирем Зайята, «торговца маслом» и сына придворного поставщика. Во времена Харуна ар-Рашида халифа окружали, в основном, арабы из буржуазной среды, весьма немногочисленные при первых аббасидских халифах.

Многие из этих купцов в то же время были мыслящими и набожными людьми. Можно отметить, что огромное большинство теологов составляли торговцы или купеческие сыновья — в IX в. их было более 60 %, — причем пальма первенства принадлежала торговцам тканями. Исламское право с самого начала защищало мусульманских торговцев, установив для иностранных купцов десятипроцентный таможенный сбор, причем немусульманские подданные арабского государства платили пять, а мусульмане — всего два с половиной процента.

Религиозные деятели и судьи

Улемы, то есть богословы, тоже занимали завидное положение в обществе. Они принадлежали к городской верхушке (айян) и играли существенную роль в повседневной жизни обитателей Багдада. Как принцы, так и простые люди в любых обстоятельствах обращались к этим благочестивым и сведущим людям, пользовавшимся огромным уважением.

Количество людей, посвятивших себя изучению Корана, было огромным. Среди них были толкователи Корана, принадлежавшие к различным сектам и юридическим школам, «собиратели» слов Пророка, изучавшие его высказывания, правоведы, отвечавшие на разного рода вопросы, которые могли исходить как от халифа, так и от кади, проповедники, произносившие пятничную молитву и на этом основании обладавшие настолько значительной властью, что часто их назначение осуществлял сам халиф; уличные проповедники, направлявшие общественное мнение не только в духовных, но и в политических вопросах, а потому нуждавшиеся в пристальном надзоре, муэдзины… Все они занимали видное положение в столице. В первые века ислама его догматы еще не устоялись, и шли чрезвычайно жаркие споры. Политика и религия тесно сплелись, и многие проблемы, например, алидская, были очень далеки от разрешения.