Читаем Харрис (СИ) полностью

— Это настойка, которой я так и не дал название, — проговорил Велет, смотря на флакончик. — Она сделана из цветка северного лотоса и корня чертана, казалось бы, несовместимых растений, но, как оказалось, совсем наоборот. Это второй раз, когда эта сыворотка мне пригождается. — Он протянул флакон Лендеру. — Пей до дна. Предупреждаю сразу, вкус не из приятных.

Вкус у той сыворотки был и впрямь омерзителен. Горький и одновременно с тем сладкий, вяжущий язык и обволакивающий горло. Проще говоря — отвратительно.

Харрис выглядел не ахти: грязные сальные волосы, под глазами мешки, размером, чуть ли не с сами глаза. Помятая одежда, он будто постарел на несколько лет, за те пять дней, что провел в темнице.

Он поднялся на эшафот, рядом с ним шел Чен. Харриса заковали в колодки, рядом с ним стоял палач, опирающийся на большую секиру.

Бармен поднял голову и взглянул на толпу. Все стояли молча. Тут он остановил взгляд прямо на Бель. Девушка поняла это, и резко отвернулась, чем только еще больше себя выдала. Поняв, что совершила глупость, она снова посмотрела на эшафот, но бармен уже отвел от нее взгляд.

Палач взял секиру и замахнулся. Бель увидела, как Харрис закрыл глаза. Послышался свист падающей секиры. Не выдержав, Бель тоже зажмурилась.

Звук удара. А через секунду, озабоченный гомон толпы.

После того, как я выпел сыворотку, Велет предложил мне рассказать все Харрису, так как есть, прямо тем вечером, но я был не согласен. Я не хотел делать этого так. Почему-то, мне казалось, что я бы не смог посмотреть ему в глаза.

Тогда Велет предложил другой способ. Он коснулся большим пальцем правой руки моего лба и сказал, чтобы я четко представил все, чтобы хотел рассказать Харрису. И я представил.

Воспоминания будто бы сливались в моей голове во что-то единое и записывались на бумажный лист, такой же, на котором я пишу сейчас, а после, заворачивались и убирались в конверт на адресата Харрис Фарн.

Когда мы закончили, Велет объяснил мне, что все, о чем я думал, он завернул в как бы магический мешок, предварительно дублировав, и теперь, когда Харрис попробует применить ко мне свою магию, воспоминания отправятся ему, останется их лишь распаковать.

Распаковать их было, как сказал Велет, было не сложно, достаточно применить самое простое заклинание для восстановления памяти.

— Харрису такое заклинание больше чем по плечу даже сейчас, — говорил Велет, не отрывая взгляда от пейзажа Лайры, — а через пару лет, я думаю, он сможет… Впрочем, не будем об этом. Прощай, Лендер Фарн, управляющий бара на главной площади Верендела. — Сказал он и протянул Лендеру руку.

— И ты прощай, Велет, — ответил бармен, пожимая черную длань, — жаль, что мы расстаемся на такой ноте.

— И вправду, жаль.

Велет рассказал мне многое и всему, что он рассказал, я склонен верить. Рассказал он мне, однако не все, я уверен в этом. Этому… Все еще не знаю как его назвать…

Велету явно не одна сотня лет, а того глядишь и тысяча. Возможно, что он старше всех живущих.

Бель открыла глаза, и ее лицо расплылось в удивлении. Голова Харриса была на месте, как ни в чем не бывало.

Тот все еще стоял, закованный в колодки, зажмурившись. На лице палача тоже сияло удивление. Секира застряла в досках, прямо под шеей Харриса, значит, удар точно был.

Толпа оживленно перешептывалась. Палач замахнулся еще раз. Бель с трудом преодолела желание вновь закрыть глаза.

Удар. Харрис вскрикнул, но голова осталась на месте, а секира опять оказалась ровно под шеей, застряв в досках, ровно в том же месте, что и до этого.

Снова удар. Снова крик и еще более оживленный шепот в толпе. Снова удар. Снова короткий крик боли. Удар. Крик. Удар! Крик!