Читаем Халиф на час полностью

– Но что я могу сделать? Вы подумайте сами. Миних забрал себе всю власть! И я принимаю меры, дабы отстранить эту грубую скотину ольденбургскую от управления делами империи Российской. Но пока у меня ничего не получается. Анна Леопольдовна его боится. Он рушит все, что создано мною за долгие годы. Думаете мне, маркиз, то приятно видеть?

Остерман закрыл лицо руками…

***

Миних через Манштейна узнал, что венский дипломат сразу от него поперся к Остерману, и сам поехал во дворец Анны Леопольдовны. Он им покажет кто в доме хозяин.

Фельдмаршал без стука ворвался в покои принца Антона и прокричал:

– Где эта венская лиса?

– Вы что фельдмаршал? – как ошпаренный подскочил с кресла новоиспеченный генералиссимус.

Рядом с ним сидел его брат принц Людвиг Брауншвейгский. Он также поднялся при виде фельдмаршала.

– Посол Вены притащился сюда жаловаться на меня? Остерману?

– Я не видел венского посла сегодня, фельдмаршал, – честно сознался принц Антон.

– И я не видел, – сказал принц Людвиг.

– Стало быть, он у принцессы Анны Леопольдовны. И там же я найду генерал-адмирала Остермана. Он любит утирать венцам сопли. Ну да я ему покажу!

Миних ушел, оставив принцев, причем он громко хлюпнул дверью, не дав закрыть её створки лакеям.

– Он несносен, брат, – принц Людвиг посмотрел на Антона.

– Я это вижу, брат мой. Но что я могу сделать? Я генералиссимус только благодаря ему. Если бы не он, то нами бы помыкал герцог Бирон.

– Но он желает поломать отношения Петербурга с Веной, брат. А Марии-Терезии как раз сейчас нужна поддержка России.

– Оставь, Людвиг, какое нам с тобой дело до Марии-Терезии? Пусть сама выкручивается. Стану я думать о ней. Мы теперь живем в России, и с ней нам стоит связать наше будущее.

– А вы не думаете, брат, что нам придется вернулся в Австрию? – спросил брата Людвиг.

– С чего это? Я отец русского императора…

***

Миних влетел в покои правительницы и небрежно поклонился.

– Ваше императорское высочество, – он приблизился к Анне Леопольдовне. – Не я ли дал вам все, что вы желаете, и не я ли избавил вас от Бирона?

– Что случилось, фельдмаршал? – спросила обескураженная его поведением принцесса.

– Я указал венскому послу его место, но он притащился к вам. Или я уже не первый министр?

Анна посмотрела на Остермана и на посла Австрии. Тот был бледен как полотно.

Остерман заговорил:

– Я все еще вице-канцлер империи, фельдмаршал. И я руководил внешней политикой России в течение долгого времени. И ваш разрыв с Австрией может привести…

– Я не нуждаюсь в ваших советах, генерал-адмирал, – прервал его Миних. – Время, когда вы руководили внешней политикой России прошло навсегда. Теперь я стану ей руководить. Я поверну корабль империи Российской от Австрии к Пруссии. Молодой король Фридрих II станет нашим хорошим союзником в делах европейских.

– Следует ли мне понимать сие заявление как разрыв отношений с моей императрицей? – спросил австриец. – Фридрих II грозит нам войной и если Россия выступает на стороне Пруссии…

– Ты погоди, Бурхард Христофорович! – вмешалась Анна Леопольдовна. – Такие вопросы так не решаются. Все же дела государственные. России новые войны не надобны. Ты хоть и первый министр, но не император России. А ты, посол, не горячись. Скажи ему, Андрей Иванович.

– Я получил право говорить от имени империи, ваше императорское высочество! – вскричал Миних.

– Дак никто тебя того права и не лишает, фельдмаршал, – испугалась Анна Леопольдовна. – Но про дела важные подумать надобно сначала.

– Хорошо! – согласился Миних. – Я подумаю про сие!

Инцидент был на время исчерпан. Но прямолинейность Миниха не понравилась никому. Многие дипломаты осудили его. Шведский посол барон Нолькен во всем поддержал посла Австрии. И даже пригрозил покинуть Петербург. Остерман заголосил, что Миних толкает империю к катастрофе…

***

Год 1740, ноябрь, 22-го дня. Шлисельбург.

Остерман и Бирон.

Генерал-адмирал Остерман прибыл в Шлиссельбург и потребовал именем регентши Анны Леопольдовны свидания с герцогом Бироном. Его тут же отвели в камеру, где содержался свергнутый регент и фаворит покойной императрицы.

Бирон был удивлен визиту. Он поднялся со своей простой кровати и церемонно поклонился вице-канцлеру.

– Как? Я вижу вас, граф? Здесь? Вы решили разделить мое заточение? – спросил Бирон по-немецки.

– Нет, герцог. Сидеть с вами в Шлиссельбурге я не намерен.

– Тогда зачем вы здесь, граф? Я ведь более не фигура в большой политической игре. Что вам нужно?

– Не предложите сесть, герцог?

– Садитесь.

Бирон с усмешкой указал Остерману на простой табурет. Тот тяжело опустился на него, и старое дерево заскрипело.

– Итак, что вам нужно, Остерман? – спросил герцог Бирон. – Вы ведь не жалеть меня пришли.

– Но не я заточил вас сюда, герцог. С чего вам обижаться на меня? Вас арестовал фельдмаршал Миних.

– Но вы, как могли способствовали моему падению, граф. И вас радует то, что я более не регент. Разве не так, Остерман?

– Может и так. Но у вас есть шанс отомстить Миниху. И я вам сей шанс принес. Вы ведь воспользуетесь им, герцог?