Читаем КД 6 (СИ) полностью

Поздравляем! Вы убили Элитный древний крогон-ветеран. Уровень 172.

Поздравляем!..

Получен новый уровень 64.

Получено 5 свободных очков характеристик. Всего 35.

Вы теряете 6 % от накопленного опыта.

Где желаете возродиться?

Деревня Гороховка. Закрытый инстанс: Разрушенная арена. Заброшенный форт.

Вы выбрали Заброшенный форт.

Возрождение через 3…2…1.

В этот раз я не торопился возрождаться. Прежде чем погибнуть под обломками форта, я успел услышать, что кто-то рядом ходит, расшвыривая камни. Надеюсь, это Пофигу удалось после воскрешения освободиться из-под завалов, и теперь он расчищает камень возрождения. О других вариантах мне думать не хотелось.

Внимание! Если вы не выберете точку возрождения, то автоматически возродитесь на месте последнего возрождения. 9…8…7…

На цифре три, а вспомнил, что последний раз возрождался на арене, и судорожно ткнул пальцем в пункт "Заброшенный форт".

В этот раз возродился я удачней, хотя все тело опять пронзила боль от навалившейся тяжести, но одна рука оказалась свободной. Нащупал ей булыжник, лежащий на лице и одним рывком откатил его в сторону: сразу значительно похорошело, выплюнул горсть гравия и стало совсем здорово. Кое-как стряхнул с век пыль и мусор, открыл глаза и замер: рядом со мной ковырялся в мусоре трехногий крогон. Выглядел он прямо сказать, не очень: половины конечностей не хватает, оба меча сломаны, через все тело проходит глубокий шрам, из которого течет густая черная кровь, хитпоинты мигали в красной зоне, но несмотря на это, двигался он довольно шустро. Он рылся в обломках, раскидывая в стороны обломки, огрызками своих мечей. Через пару минут он что-то заметил и начал работать еще шустрее, пока из-под завалов не показалась рука. Крогон остановился, что-то негромко прощелкал. Еще через пару секунд в поле зрения показался еще один крогон, за ним следующий. Все они выглядели не лучше первого, но утроенными усилиями очень быстро откопали из-под завала бесчувственное тело Пофига. Тут, наконец, что-то в моем мозгу щелкнуло, и я рванулся к ним.

— Не трожьте его, суки! — Завопил я, но сумел только выдохнуть изо рта облачко пыли.

Однако, что-то они все же услышали. Остановились, посмотрели на мое перекошенное лицо, а затем высокомерно отвернулись, продолжая откапывать мага. Я завыл, задергался, разодрав себе грудь острыми обломками, умудрился вырвать из плена вторую руку, попытался вытащить меч, но не смог, плюнул на это и вызвал рядом с троицей ледяного гобота. Тот на долю секунды их заморозил, а затем вцепился своими впечатляющими клыками в филейную часть самого израненного крогона. Ноги того подогнулись, и он осел на землю, однако остальные двое разморозившись не стали обращать на него внимания, вырвали из-под завала тело мага, закинули его на спину одного из них и поковыляли прочь.

— Стойте, суки! — Все так же беззвучно проорал я, — останови их!

Это уже я крикнул гоботу. Тому было достаточно одного моего посыла, он перестал терзать упавшую тварь и плюнул вслед удаляющейся парочке. Попал не в того. Свободный от ноши крогон остановился, шатаясь как пьяный. Гобот цапнул ближнего, вновь плюнул во второго, но тот, что был с телом Пофига был уже вне досягаемости его замораживающих плевков. Я зарычал, разбитыми пальцами отшвыривая с себя обломки камней. Дернулся, выдирая из-под них ногу, схватился за вторую руками, выдирая и ее. Торчащий из доски гвоздь пропахал мою ногу от паха до колена, обломки форта залило кровью. Но в тот момент у меня перед глазами был только розовый туман, и я мало что чувствовал: дохромал до качающегося крогона, поднял обеими руками меч и обрушил его на лапу монстра. Тот без звука завалился на землю, а я как пьяный дровосек стал просто рубить его тело. Я бил, бил и бил, остановившись только, когда сзади меня взорвался ледяной гобот, пронзая меня десятком осколков и швыряя на уже безжизненное тело крогона.

Сколько я так пролежал, не знаю. Многочисленные раны и кровотечения пытались загнать меня в могилу, реген и лечение жемчужины вытаскивали обратно: уж лучше бы я сдох. По-быстрому возродился и смог бы догнать удирающего крогона, а теперь… по внутренним ощущениям прошло не меньше часа, от крогона и след простыл. Вообще во всей долине я был один. Ни одной живой твари, ни движения, ни вздоха. Абсолютная, мертвая тишина.

— Зёма! — С надеждой позвал я.