Поздравляем! Ваш питомец "Зигзак Макряк" получил новый уровень (29) всего 72.

На уровне 60 получено новое пассивное умение: защитник — забирает 20 % нанесённого вам урона, сам получая от него лишь 25 %.

За убийство монстра на 200 уровней выше его по уровню, получают пассивное умение: улучшенная охота стаей. +1 % к урону, за каждое существо в стае; +1 % к количеству хитпоинтов за каждое существо в стае; +1 % к защите, за каждое существо в стае; дополнительный урон магией воздуха — 10.

Вышагивающие по спине минотавра дятлы озарились серией вспышек, раздавшись при этом чуть ли не в двое, и у каждого появилась своя аура: у моего по спине то и дело пробегали электрические искорки, начиная от хвоста и быстро перемещались к клюву; по-пофигскому бегали язычки пламени; у питомца Альдии была просто неяркая белая аура.

— Вот же, пернатые засранцы, — проворчал я, — все себе загребли, не дали начальству шанса приподняться.

Зигзаг возмущенно закудахтал, вспорхнул со спины минотавра, приземлился рядом со мной (хорошо, что не на меня, весу в нем стало килограмм двадцать и длинной он вымахал в метр) и ткнул крылом в сторону ближайших трибун крылом, мол, вон тебе куча опыта, иди, забирай. Сначала из-за пылающего желоба я ничего не увидел, а затем присмотревшись понял, что на трибунах один за другим начинают зажигаться призрачные огни. Светящие бледно-зеленым огнем факелы сжимали такие же призрачные руки призраков, разодетых в богатые праздничные одежды. Сами они выглядели не больно празднично — на лицах и телах следы глубоких ран и засохшей крови. Я оглянулся, призраки были со всех сторон. Не сплошным ковром, но арена огромная и их тут не меньше трех сотен. Дотащившие до нас шатающегося Каляна сокланы, положили его на пол, так же уставившись на призраков. Молчаливое разглядывание затянулось на пару минут.

— Интересно, они агрессивные? — наконец прошептал я.

— Обычно, кроме квестовых, все призраки агрессивные, — ответила Альдия, — если они на нас нападут, делайте что хотите, но дайте мне минуту на подготовку, есть у меня одна вещица…

Дальше я ее уже не слышал. Там вдали на трибунах, в свете призрачных факелов, замелькали знакомые черные тени. Крогоны! А на спинах двоих из них что-то светлеет.

— Майор! — заорал я, бросаясь вперед и тут же упал на колени — плита у меня под ногой ушла вниз, вся арена наполнилась скрежетом и замогильными стонами. Грибной покров лопнул во множестве мест, открывая раскрывшиеся под ним ямы. Одновременно с этим ряды призраков дрогнули и медленно поплыли вперед.

— Абрам Моисеич, — прошептал я, не вставая, — козел, ты облезлый, ты где? Живо сюда!

Орать шёпотом сложновато, но у меня получилось.

— Так-то лучше, — загремел надо мной голос нашего связного, — вот это правильная встреча, на коленях, в грязи…

Я уткнулся носом ему в подбородок, сверля убийственным взглядом, и тот пошел на попятную:

— Чего звал, в гляделки поиграть?

— Ты, помнится, когда нас на произвол в разгар боя бросил, призраков просил в противники, вот, получите, распишитесь, — я ткнул пальцем в ряды надвигающихся призраков.

— Я ничего такого не просил, не было такого.

— Еще слово, и я устрою тебе очень личную встречу с парой некромантов-извращенцев, пошел быстро защищать своих работодателей!

Глава 16

Абрам Моисеич только злобно рыкнул и сделал первый шаг в сторону трибун. И чего он боится? Он тут любого в два раза выше, да к тому же, в отличие от бывших зрителей, закован в явно не простой, полный латный доспех: пусть он призрачный, как и его топор, но не зря же он его нацепил вместо банного халатика? Для чего-то он служит?