Читаем КАТАБАЗИС полностью

Агасфер (А Гась) нашел Алима (А Линя) только в ближайшем культурном центре, в центре которого находился Центр нетрадиционного времяпровождения. Агасфер немного поиграл на бирже и с лихвой вернул все, что Алим просадил в Центре нетрадиционного времяпровождения. После чего отправился в Министерство нравственности и заложил Алима. Потом — в Министерство регуляции рождаемости и заложил Яньгуан. Потом — меня в Министерстве здравоохранения.

Когда этот мерзавец уже подходил к пункту контроля в международном аэропорту, он увидел небольшую толпу интерполовских агентов, которые сразу заулыбались ему, помахивая ордерами на арест из Польши, Египта, Италии, Венесуэлы и т. д. Агасфер резко развернулся и, оттягивая пальцами края век, побежал…

Алим, обкурившийся опиумом, старательно прицеливался с порога. Перед ним стояли две абсолютно идентичные кровати, на которых раскрывались две абсолютно идентичные проститутки. Но каждый раз беднягу подводил обман зрения и он с разбегу врезался в какой-то дурацкий бронзовый чан, обделанный колючими драконами…

Солнечное светило безнадежно зависло над Поднебесной. В третий раз вошла Яньгуан.

— Зовут меня Яньгуан. Родом я из деревни Дунъучжумцзиньци провинции Хунань, а, может, и Хубэй. Я в десятый раз замужем. На этот раз за идиотом по имени Мао Чжуси (Вань Суй) и чувствую полную неудовлетворенность жизнью.

поет

(на мотив «Осмотрительность» в тональности «чженгун»[134])

вхожу я

Меня зовут Нихуй Бухуй Сюэйго Хуа. Я родился 6 октября на 12 этаже. Я в гробу видал…

Нет, лучше спою на мотив «Алые губы» в тональности «сяньлюй».

входит Мао Чжуси (Вань Суй), хромая, кряхтя и размазывая кровь по лицу

Меня зовут Мао Чжуси (Вань Суй). Я родом из деревни Дунъучжумцзиньци. Я очень люблю свою жену-куколку Яньгуан. Мы с ней сделаем кучу детишек. Я только что получил сто пятьдесят ударов палкой по пяткам и один кирпичом по роже. Теперь я здоров и готов приступить к своей жене. А, если потребуется (с пафосом), то и погибнуть при исполнении супружеских обязанностей… Но что я вижу? Нет, я отказываюсь верить своим глазам. Моя любимая Яньгуаночка лежит на рисовой циновке голая, а с нею голый врач без специального медицинского образования. Они в позе «ян-инь», как взаимоперетекание добра и зла. О, как я возмущен и обижен. Сейчас даже спою.

поет

(на мотив «Солнышко светит ясное» в тональности «здравствуй, страна прекрасная») 

Негодяй Нихуй Бухуй, ты почему лежишь с моей женой в позе «ян-инь» и ласкаешь губами ее самые сокровенные места?

Я: Потому что я ее люблю.

Мао: Да? А мне куда?

Яньгуан: А ты закрой глаза и иди в поле, черт возьми.

Мао: Эй, бессовестный пришелец, я вызываю тебя на поединок по нашему обычаю по системе «кунг фу».

Я: А не лучше ли по системе, которой я владею лучше — «кто кого перепьет»?

Мао и Яньгуан (в один голос): Конечно, лучше.

Что происходит? Мы пили тошнотворную гаоляновку сперва втроем — я и супруги. Какие-то дети бегали между ног и тоже, кажется, пили. Агасфер (взялся откуда-то) предложил тост за всех дам сразу. Режиссер Валькареджи назвал его долбаньком. Тетя Октябрина из Каира сказала, что за такие слова, но не договорила, что именно.