Уже через четыре часа космический комплекс покинул населенный пункт Амнезино и вновь обозначился у околицы Подсосонья. К тому времени Казин, измученный переговорами на два фронта, так и не успел решить, сколько народу взять ему в межгалактическое путешествие. Степан Минеича надо взять — он мужик толковый, такого на хромой кобыле не объедешь. А Степан Минеич, ясен пень, никуда без своей Зинаиды не полетит, значит, и Зинаиду надо считать. Пусть хозяйство ведет: стряпня, уборка — в космосе тоже без женской руки не обойтись.

Опять же, без охраны лететь боязно. Ежели зеленорылый на Земле беспредел устраивает, то там у себя небось такое учинит!… Значит, охрана нужна. На этот счет у гражданина Казина тоже имелась кандидатурка. Шустрый лейтенант пришелся Казину по душе, за таким не пропадешь. А что знакомство началось с кулаков, то пара тумаков — урон не велик, главное, что службу лейтенант знает.

Вот вроде бы и все… Не секретутку же с собой брать; Степан Минеич и сам любую бумагу оформит, он даже на машинке стучать умеет, хоть и одним пальцем.

Хотя… не вечно же в соломенных вдовцах ходить — была бы кандидатура, можно было бы и секретуточку оформить… хай Ганна со злобы треснет. Так что, получится не получится, а лишнее местечко зарезервировать всегда полезно. Да и лейтенанту, пожалуй, тоже одному будет тоскливо. Женат он там, или как, но думать о нем отныне Казину. Так что пусть будет трое мужиков и три бабы, круглым счетом.

Исполненный таких разумных мыслей, Казин с утречка вынырнул к инопланетине, обозначившейся на насиженном месте, и произнес, обращаясь к ждущей мембране:

— Я тут покумекал и решил, что шести человек должно хватить. А вы уж, будьте добры, заранее скажите, когда вылетать надо будет. Только с вашим пилотом, сам я дороги не знаю покудова.

Мембрана прочирикала нечто, непонятное Петру Ивановичу, который наушничал с помощью секретной аппаратуры, после чего таинственный мелиоратор был уведен с места событий все тем же старшим лейтенантом Злыбиным. Старлею за выполнение ответственного задания твердо была обещана внеочередная звездочка на погоны.

Спецназовец отнюдь не был дураком и, понимая, что самые сладкие яблочки растут на самой корявой веточке, обращался с диковинным мужиком нежней, чем с родным братом.

— А что, — спросил Казин, когда они под руку шли прочь от инопланетины, — полетишь со мной к зеленорылым Землю-матушку выручать?

— Прямо туда, в ихнее логово? — в тон собеседнику поинтересовался Злыбин.

— А куда ж еще? Трансцендентально, что прямо туда. На переговоры.

— Так какой из меня переговорщик? — провоцировал Злыбин, зная, что разговор записывается, и стараясь разговорить подследственного.

— А тебе ничо и не надо. Переговоры я буду вести, а ты в почетном карауле стоять. Ну как, полетишь?

— Прикажут, полечу.

— Вот и ладушки… — Казин, отпущенный лейтенантом, потянулся было, но замер, увидев, что возле дверей дома его поджидает радушно улыбающийся Петр Иванович.

Глава 13

ДАВАЙТЕ ГОВОРИТЬ ДРУГ ДРУГУ КОМПЛИМЕНТЫ

На этот раз Совету Безопасности ООН было над чем поломать голову. Ни с того ни с сего мировое радио на всех языках и частотах объявило, что дальнейшие переговоры будут проходить в каком-то Галактическом Координационном Центре, куда и предлагается прибыть делегации землян. Вылет назначался на послезавтрашний день, и, в соответствии с ранее достигнутой договоренностью, делегация Земли должна состоять из шести человек.

Ни о какой договоренности в высшем форуме человечества и не слыхивали, но к переговорам начали готовиться немедленно, придирчиво обсуждая каждую кандидатуру. Впрочем, желающих отправиться в межзвездную экспедицию оказалось куда как меньше, нежели прежде, когда речь шла о пребывании на родной Земле.

Поскольку времени для новых дебатов не было, то главой делегации быстренько утвердили Жаклин Шамо, благо что отважная баронесса, ни минуты не колеблясь, вызвалась, ежели это потребуется для блага человечества, лететь не только в российское захолустье, но и в галактический мегаполис. Заместителей у баронессы было двое: от США матерый дипломатище Филипп Домашен, а от России — темная лошадка Петер Иванофф. Прежде этот человек нигде не засвечивался, хотя западные разведки утверждали, что слыхали о таком, будто бы курировал он различные секретные проекты. Впрочем, веры этим рассказам немного, что они понимают, церэушники, в загадочной русской душе, да и мало ли в России Ивановых?

Агрессивный блок НАТО был представлен либеральным ястребом Альфонсом Дуэтто, а международный капитал — известным экономистом Симеоном Пресняком, тем самым, что был некогда отчислен с экономического факультета одного из российских университетов за катастрофическое непонимание политэкономии социализма. Очевидно, в капиталистической экономике Пресняк разбирался лучше, нежели в отечественной, поскольку вскоре после отчисления стал одним из директоров МВФ.

Что касается шестого места, то за него разгорелось настоящее сражение.