Читаем Карло Гоцци полностью

Не случайно, что интерес к фьябам Гоцци возродился в совершенно другом культурно-историческом климате, в кругах немецких романтиков, начиная с Гете, Лессинга, Шиллера, братьев Шлегелей, Тика и кончая Шопенгауэром и Вагнером. С Гоцци их роднила вражда к буржуазному практицизму, культ фантастики и гротеска. Потому-то Симонд де Сисмонди замечал в своей "Истории литератур Южной Европы", что пьесы Гоцци не свойственны итальянскому духу, "скорее их можно принять за сочинение какого-нибудь немца; немцы и в самом деле приняли их с необычайным энтузиазмом; они перепечатали его фьябы в Германии и некоторые из них перевели на немецкий язык. Сегодня одни лишь немцы поддерживают репутацию Гоцци"2.

Сисмонди не совсем точен. Театром Гоцци увлекались и некоторые французские романтики, в частности, мадам де Сталь, Шарль Нодье, Филарет Шаль, Поль де Мюссе. А когда улеглись страсти, героическая эра буржуазии ушла в прошлое и на век Просвещения стали смотреть спокойнее, изменился взгляд и на фьябы Гоцци. У нас в России их высоко оценил А.Н. Островский, а в XX веке Вс. Мейерхольд создал специальный журнал для пропаганды комедии дель арте, назвав его: "Любовь к трем Апельсинам".

Привлекательной в Гоцци оказалась прежде всего поэтика его сказок, основанная на чудесном. В его фьябах даже история дается в сказочном растворении. В них все рождается и умирает в атмосфере чуда.

Фьябы Гоцци своими корнями уходят в волшебную сказку и в комедию дель арте. Несмотря на языковый пуризм в теории, слово для Гоцци - средство не всегда совершенное. Его безудержное чудесное нуждается в дополнительных средствах для достижения полной выразительности. Современным ревнителям "чистой театральности" Гоцци представляется, - как указывает профессор Франческо Флора, - "изобретателем нового сценического языка, основу которого составляет не только слово, но и ритм, и движение". По его же выражению: "Гоцци в театре XVIII века был примерно тем, чем стал Уолт Дисней для современного кинематографа: его природа очеловечивается и оживает с полнейшей свободой в бескрайних гиперболах и аллегориях"3.

1 Карло Гоцци. Бесполезные мемуары, ч. 1, гл. XXXIV; цитируется по переводу, напечатанному в "Хрестоматии по истории западноевропейского театра", под ред. С. Мокульского, т. 2. М., "Искусство", 1955, с. 598.

2 Simonde de Sismondi. De la litterature du Midi de l'Europe, v. 1. Bruxelles, 1837, p. 515.

3 F. Flora. Storia della letteratura italiana, v. IV. Ed. Mondadori, 1964, p. 105.