Читаем Карибы полностью

Тут же из города, за подписью градоначальника боярина Ивана Григорьевичи Выродкова, ушла радиограмма в адрес адмирал-губернатора, с сообщением о начале осады города основными силами индейцев. И уже на вторую ночь, после начала осады, мимо города прошли почти полсотни больших барок, с артиллерией и пехотой на борту. Почти неделю, войска и суда, за исключение конницы, находились в устье Гусьреки, дожидаясь нужного командованию момента. Два полка кавалерии все это время пасли своих коней на лугах, километрах в сорока на северо-восток от Анастасийска и так же по получению радиограммы, благо, что пара комплектов радиостанций в сухопутном мобильном варианте, к этому времени в уезд из Петрограда поставили, выдвинулись к городу. В уезде на 1571 год, собрались большие, для данной местности и времени силы, только конных стрельцов набралось более двух тысяч, из которых и сформировали два тысячных полка и отдельную сотню. Для создание регулярной кавалерии использовали сосланных новгородских и псковских помещиков с их воинами, которые и стали основой вновь сформированных полков. Даже полковников второго полка конных стрельцов назначили бывшего родовитого новгородского боярина Онцифора Михайловича Анциферовича, названного в честь своего предка, именем основателя фамилии, Онцифора. Да и пехоты было в достатке, более пяти тысяч стволов, правда в операции задействовали всего четыре тысячи. И артиллерией бог не обидел, только под Анастасийск выделили более полусотни орудий различного калибра.

Утро второго дня осады принесло огромному, почти десятитысячному объединенному войску ирокезской Лиги, а главное их вождям, много неприятных эмоций, когда они разглядели появившиеся в отдалении, за их спинами, большое войско белых людей, которые приступили к укреплению своего лагеря, а на руслах рек, стоящие на якорях суда северных пришельцев из-за соленой воды, грозно поблескивающих расположенными вдоль бортов пушками, со смертельным действием которого ирокезские воины были уже знакомы, если и не лично, то по рассказам одноплеменников, которым посчастливилось выжить под градом картечи, выпущенной такими пушками.

Однако, когда окончательно развиднелось и солнце с легким ветерком полностью изничтожило предутреннею туманную дымку, отряды Лиги пошли на штурм «беззащитного» города, обещавшего не только огромную, по меркам аборигенов, материальную добычу, но и защиту стен от войск «бледнолицых», и заложников-пленников, для защиты от нападения северян и работы на своих полях или для выкупа. Однако уже через три четверти часа, оставив под валами со стенами и бастионами Анастасийска более двух тысяч воинов, лежащих местами валами высотой до полутора метров, ирокезы отхлынули назад, в свой лагерь, где и сидели до следующего полудня. Однако голод не тетка, припасов в лагере почти не осталось, в расчете на городские трофеи, в том числе и съестные, вожди не озаботились принести с собой достаточный запас пищи для войска. Вот теперь их недосмотр и аукнулся оголодавшим воинам, которые вынудили вождей повести их на приступ укреплений, правда, почти везде недостроенных, лагеря воинов пришельцев.

Устлав подступы к вражескому лагерю трупами своих одноплеменников, погибших от картечи орудий пришельцев и пуль русских бойцов, ирокезы ворвались в лагерь, что бы натолкнуться на прямоугольники латной пехоты, ощетинивавшихся наконечниками пик с лезвиями бердышей и огрызавшихся залпами отступивших с оборонительного лагерного периметра к пехоте, артиллеристов и стрельцов, вставших в промежутках между отрядами латников. Потеряв изрядное количество воинов на пространстве между периметром и отрядами русской пехоты, индейцы сумели подойти к линиям, очерченными длиной пик и рукоятями бердышей. На которой аборигены и остановились, начав громоздить тела своих воинов друг на друга. Попытки прорваться в промежутки между отрядами, пресекались залпами стрелков, пули которых очень точно поражали врагов и пиками с бердышами пехотинцев из крайних рядов отрядов, в промежуток между которыми туземцы пытались прорваться. Отступившие, за ряды своих воинов, «единороги» открыли огонь гранатами и бомбами по задним рядам воинов Лиги. Поражение войска, вторгшегося в пределы Ивановского уезда Русского царства, стало достаточно очевидным, но могло затянуться, если враг отступить в свой лагерь.