Читаем Карибы полностью

Дальнейший путь проходил вполне мирно, но не легко. Периодически приходилось преодолевать перекаты, останавливаться перед порогами, сгружать груз, перетаскивать суда через пороги, опять загружать и плыть далее до следующего каменного уступа перегородившего русло реки. И если бы они были не высокие, а то попадались водопады до семи метров в высоту. Так мучились более двух десятков дней. И вот перед взорами «путешественников» предстал первый участок спокойной воды, огромный плёс, да даже можно назвать очень большое озеро, раскинувшее свою водную гладь чуть ли не на всю Сарыкамышскую впадину, представляющую из себя плоскую равнину, похожую из-за обрамлявших её края утесов на вытянутую чашу размерами примерно полторы сотни километров на девяносто. За день пересекли участок озера, берега которого так же покрывали заросли вездесущего тростника, тамариска, прочих кустарников, небольшие рощи чинар, различных видов тополей и иных деревьев. На свободных от тугая местах крутятся чигири, так же как и в низовьях Аму-Дарьи подающих живительную влагу на поля. По берегу и в отдалении насчитали не менее полутора-двух десятков кишлаков, некоторые даже вполне крупные, с дюжину караван-сараев, видимо сюда стягиваются караванные тропы и из пустыни Каракум и с плато Устюрт. И вышли опять к руслу реки, в котором остановились на дневнику с ночевкой, дожидались идущих по берегу конных стрелков. Подошли отставшие пустынные драгуны и после совместной ночевки, с утра тронулись в дальнейший путь.

Снова потянулись заросшие берега, по ним часто накиданные кишлаки, видимо не зря путешественники проезжавшие эти места в XVI веке отмечали, что земли через которые они проходили густо населенные. Только еще обдумывая замысел похода, Брусилов прочитал, хранящиеся на ноуте Ивлева-младшего исторические исследования по Средней Азии, среди них была выдержка из рукописи хорезмийского автора Абульгазн, современника видимых по берегам дехкан: «…весь путь от Ургенча до Абуль-Хана был покрыт аулами, потому что Амударья, пройдя под стенами Ургенча, текла до восточного склона горы, где река поворачивала на юго-запад, чтобы направиться затем на запад и излиться у Огурчи в Мезандеранское море. Оба берега реки до Огурчи представляли сплошной ряд возделанных земель, виноградников и садов. Весной жители удалялись в горы, а во время комаров и слепней они отгоняли свои стада к колодцам, находящимся в расстоянии одного или двух дней пути от реки, к которой они приближались, лишь когда насекомые пропадали. Вся страна была очень многолюдна и в самом цветущем состоянии». Ему вторит английский купец Антоний Дженкинсон, знакомец «витязей», один из немногих достигший в это время Хорезма, буквально пару лет назад, описывающий большое пресное озеро там, где к XX веку мира «витязей» была пустыня, берега которого сильно заселены и застроены.

* * *

К концу вторых суток, со дня выхода из озера, на левом берегу Аму-Дарьи стали вырастать крепостные стены, это показалась большая, величественная крепость Ак-Кая — «Белая скала», стоящая на этом месте с XIII века.

В округе виднелись кучки глинобитных домишек, в полудюжине небольших кишлаков. На окружающих их полям виднелись нитки арыков ирригационной системы. Густая сеть водопроводящих каналов, между которыми располагались орошаемые земли, виднелась по обеим сторонам реки, насколько хватало взгляда. Среди них виднелось несколько сереньких округлых крыш мазаров. Берег в основном очинен от тугая и по нему высятся «визитные карточки» этой земли — чигири, поднимающие воду к арыкам. Здесь, на месте известного в XX веке, как Дарьялык, невдалеке от Арала, река делает поворот на запад и на её левом берегу выстроили Ак-Кая. Пройти под стенами крепости без боя не получиться, значить бой. Вся флотилии лодок, паузков и лодий пристала к берегу и под прикрытием стрелков Беркута приступили к разгрузки.

Задерживаться под саманными стенами этой цитадели ни кто не собирался, всех манили богатые города Хорезма, столица древний Ургенч, хотя и не великая, но старая с десяти вековой историей и богатая Хива или как её называли в древности Хийвак. А там возможно и Бухарское ханство со своей зажиточной столицей Бухарой, торговыми старинными городами Мерв, Самарканд, Коканд. В связи с этими обстоятельствами решили впервые применить в боевой обстановке новые гаубицы и пушки. До следующего утра подготовили позиции, соорудив из различных конфискованных мешков, бурдюков и корзин подобие небольших редутов в количестве трех штук. Отрыли силами согнанных дехкан траншеи для стрелков, орудийные дворики для новых гаубиц, пушек, минометов. И еще до полудня прозвучали первые выстрелы экспериментальных орудий. Первые же попадания пяти и трех дюймовых фугасных снарядов в крепостную стену дали ожидаемый «витязи» необходимый результат.