Читаем Карибский кризис полностью

Нужно было начинать всё с нуля — подыскать офис, купить мебель, оргтехнику, канцтовары, все мелочи. И сделать это предстояло самому (точнее — вместе с Алексеем и Игорем, никаких наёмных работников брать не планировалось).

Вспомнив легенду, придуманную на случай, если на заводе повстречается Фарид, я коснулся этой темы:

— Подозрительно выглядит — вы оба у него работаете, а ваши братья создают конкурирующую вам организацию, которая перебивает всю мазу…

— Он боится, — обратился Владимир к Артуру.

Тот начал терпеливо объяснять:

— АндрейСаныч, я тебя очень понимаю, ты уезжашь в другой город, и должен просчитать все варианты. Но я тебе уже говорил в Волгограде, кто такой татарин, и повторю еще — он ссыкун. У него договор с официальным охранным агентством. Они, конечно, парни серьезные и могут тебя отметелить, если ты спиздишь у Фарида мастерок, но вопросы конкуренции — не их компетенция. С «офисом» Фарид не работает, он не станет тебя заказывать, ты уж мне поверь. Так что, мужайся, это тебе, конечно, не кардиоцентр, где вы с Игорем Викторовичем медсестер петрушили, но тут свои прелести.

— Так что давай начинай пиздячить, прямо сейчас, — подытожил Владимир, — и лучше бы ты свою волгоградскую контору прикрыл, чтобы она тебе не мешала. Возьми себе местный номер, за каким хером переплачивать в роуминге, волгоградский телефон тебе уже не нужен.

На заводе, куда поехали знакомиться с основными действующими лицами, мне понравилось. Более менее благоустроенная территория (в отличие от промышленных предприятий, на которых до этого приходилось бывать), чистые асфальтированные дороги, клумбы, зеленые насаждения. Никогда не подумаешь, что здесь находится вредное производство.

Артур представил меня генеральному директору, и двум его заместителям (официально они значились как коммерческие директора). С первым лицом встреча состоялась чисто формальная — тому было важно убедиться, что новый контрагент — не фиктивная прокладка, учредитель которой бомж или труп, а работающая фирма с живым адекватным учредителем. О делах не говорили, генеральный заострил особое внимание на том, чтобы сотрудники ООО «Экссон» не заезжали на территорию завода на дорогих иномарках. Позже я узнал, в чем дело. Гендиректор предприятия узурпировал исключительное право пользоваться благами жизни, одна только коробка его коттеджа (строительные работы вела фирма Фарида «Базис-Степ») обошлась в $700,000, плюс еще столько же на отделку, обстановка — еще два раза по столько; насчет автомобилей он тоже не стеснялся; в то время как рабочие жили в условиях коммунистического рая — без денег, находя удовольствия в работе. Из динамиков, установленных повсюду — на улице, в цехах, в кабинетах, в столовой — доносилась музыка советских времен, и кое-что из современных авторов (бодрые социальные агитки с текстами о том, что неплохо бы взяться за руки, друзья, если нам не наплевать, куда катится мир, — мысль не ахти какая свежая, но воплощение что надо), периодически прерываемая пролетарскими речами гендиректора; присутствовали доски почета с изображениями передовиков производства, был красный уголок. Сам гендиректор внешне и всеми своими манерами напоминал пролетарского вождя — гибрид Ленина, Дзержинского и Троцкого, только борода у аккумуляторного вождя была не черная заостренная, а в виде округлой коричневой какашечки.

Мотивация рабочих, да и остальных работников завода, представлялась загадкой. Крепкие физически, деятельные и трудолюбивые люди, былинные герои а-ля лубок-style, объединялись общим порывом выполнить и перевыполнить план, а за свой тяжелый труд получали в год столько, сколько сотрудники Совинкома получали за месяц. Причем последние далеко не все отрабатывали свою щедрую совинкомовскую зарплату, за что собственно, и приходилось время от времени проводить зачистки и увольнять таких зажравшихся скотов.

А гендиректор Балт-Электро (мы в шутку называли «Болт-Электро») воплотил в жизнь великую предпринимательскую мечту — внушил своим работникам, что счастье не зависит от предметного мира.