Святого Иосифа удивила эта просьба:

— Тебя не поймёшь: то ты кричишь, что надо снять арест и разблокировать счет, теперь наоборот — арестовать-заблокировать, чёрт знает что!

Я ответил, что мне это крайне необходимо, и он стал звонить начальнице Советской налоговой. Дозвонившись, сказал, что его подопечный, известный ей директор фирмы Совинком, попросил срочно арестовать расчетный счёт, все детали объяснит при встрече. Договорившись о времени приема, он положил трубку:

— Езжай, она тебя примет.

Попрощавшись со святым Иосифом, я отправился в налоговую инспекцию Советского района, находящуюся недалеко от кардиоцентра. Меня приняла начальница, и, выслушав мою просьбу — спокойно и без удивления — некоторое время расспрашивала о моих кадровых перестановках (к ней неоднократно обращались по звонку старого седого полковника по поводу решения разных вопросов, так что, хотя мы ни разу с ней не встречались лично, были знакомы заочно). Пока мы обсуждали бухгалтерию, у неё созрела мысль, и она позвонила своему заместителю и попросила сделать решение о приостановлении движения по расчетному счету для ООО Совинком и озвучила основания, которыми данное решение может быть обосновано. Положив трубку, она предупредила, что аналогичные бумаги налоговая инспекция обязана выслать во все банки, в которых Совинком имеет расчетные счета.

Я отправился к заместителю, который при мне напечатал нужный документ для Волгопромбанка, и, проставив подписи и печати, отдал мне, также предупредив, что в остальные банки будут отправлены такие же решения по почте. Забрав бумагу, я вышел в коридор. И в это время позвонил Артур, чтобы поинтересоваться, как идут дела.

Я отрапортовал:

— Я в налоговой инспекции, решаю вопрос.

Он пожелал мне успехов, сообщил, что на Рязцветмет и Элтасс перевели деньги с Экссона, и отключился. И снова я испытал что-то наподобие стыда и угрызений совести. А также чувство собственной неполноценности — мои компаньоны занимаются настоящими делами, а я страдаю откровенной хернёй, выкручиваясь и подделывая документы. Что называется, одни пиздячат, а другие косячат. Странно, откуда это у меня вдруг появилась совесть? Раньше-то я никогда не жаловался на её тиранию.

Из налоговой я поехал в Волгопромбанк и лично передал полученную бумагу управляющей. Она была изрядно напугана — вчера и сегодня в банк названивали разные люди и довольно агрессивно интересовались состоянием расчетного счета Совинкома, а также тем, сколько на счету денег. Звонившие представлялись сотрудниками ФСБ и требовали информацию на том основании, что имеют полномочия всё знать, поэтому все обязаны предоставить им любые интересующие их сведения. (Я узнал почерк Ансимовых и Быстровых, они могут так вцепиться в ухо, что хрен отвертишься). Никто ничего им не ответил, так как это конфиденциальная информация, но все сотрудники банка встревожены и только это сейчас обсуждают. А теперь ещё и арест счета.

Я успокоил управляющую филиалом и объяснил события происками конкурентов, которые спят и видят, как бы мне навредить, увести моих клиентов и помешать выиграть тендеры. Она стала расспрашивать, что у меня за проблемы с налоговой инспекцией и почему арестовывают счет, и я, уходя от ответа, перевёл разговор на другую тему.

Глава 95,

Посвященная моим хозяйственным вопросам; а упомянутые в этой главе события станут известны тому, кто о них прочтет, если только он будет читать со вниманием