Читаем Карибский кризис полностью

Павел и Ренат вместе со своими ребятами пошли в бункер, где действительно застали Паперно, Расторгуева и Бунеева. Стали разбираться. И в этот момент мне позвонил святой Иосиф и попросил, чтобы я не горячился, не увольнял так всех сразу, а тихо-мирно разобрался в причинах конфликта. Очевидно, ему доложили о царящих на Совинкоме нравах — что народ увольняют, как правило, партиями, перед выплатой зарплаты, которую потом невозможно выхлопотать и через суд, а если что-то удается высудить, то очень немного и с большими сложностями. И старый седой полковник решил потянуть время, чтобы его люди (и он сам) получили деньги, а после этого чего-то решать.

Я находился на Балт-Электро в офисе Экссона и мне было неудобно при компаньонах затевать разборку. Ответив что-то неопределенное, я позвонил Ренату и поручил ему выгнать Расторгуева безоговорочно, а с Паперно и Бунеева потребовать полный отчет — в первую очередь по аптекам и по возврату НДС.

Закончив разговор, настроенный набить всем табло Ренат изложил цель своего приезда в компании двух свирепых мордоворотов таким образом: контроль расходования средств, выделенных на развитие аптечной сети. Чтобы не терять время, он потребовал немедленно предоставить все необходимые документы. Паперно сказал, что поднимется в офис и принесет бумаги в течение пятнадцати минут. Затем он вышел, сопровождаемый Расторгуевым и Бунеевым, и уехал. Мобильные телефоны всех троих были отключены до конца дня. На следующий день, дозвонившись до Паперно, я потребовал объяснить, что происходит. Что-то невнятно пробормотав в ответ, он пообещал предоставить Ренату все документы и показать все помещения. Бунеев и Паперно появились в офисе только в конце рабочего дня и объявили ожидавшим их петербуржцам, что по всем вопросам, касающимся аптек, им необходимо обращаться к Иосифу Григорьевичу Давиденко. Удивленный, я поручил Ренату встретиться со святым Иосифом, провести необходимые переговоры и действовать по обстановке. Ренат позвонил старому седому полковнику, тот назначил встречу — в 8 часов вечера напротив здания областного УВД. Когда Ренат с товарищами подошёл к указанному месту в назначенное время, то вместо старого седого полковника обнаружил две машины ППС, из окон которых взирали скучающие омоновцы с автоматами. Безрезультатно прождав полчаса, Ренат позвонил святому Иосифу, но абонент был вне зоны доступа. Тогда он позвонил Паперно, тот ничего не смог внятно объяснить. Узнав обстановку, я набрал святого Иосифа — безрезультатно, а дозвонившись до Паперно, я услышал от него следующий текст: «Аптечная сеть — муниципальная, поэтому все вопросы будут решаться через начальника горздравотдела Евгения Кармана». Это было сказано сухим официальным тоном, каким, очевидно, в не столь далёком прошлом замначальника Управления ОБЭП Паперно доводил до сведения подследственных решения, принятые его тогдашним шефом, Иосифом Григорьевичем Давиденко. Я был изрядно взбешен:

— Вы там совсем охуели! Аптеки принадлежат мне вот уже больше года!

Паперно снова попытался что-то сказать всё тем же казённым тоном, но я, нецензурно выругавшись, сказал, что последнюю зарплату и выходное пособие он получит в горздравотделе, и прервал разговор. Перезвонив Ренату, я приказал держать оборону, бунтовщиков в офис не пускать, контролировать все аптеки, особенно в плане получения выручки, в случае необходимости заменить фармацевтов, а в случае крайней необходимости — вывезти товар, поменять замки и временно закрыть.

Как оказалось, тревога была на ровном месте. Заведующие были ни сном ни духом за этот конфликт, все принимались на работу лично мной либо Ириной, и не воспринимали Бунеева за начальника, хотя он к тому моменту проработал почти полгода в должности руководителя аптечного направления. Упоминание Кармана было блефом — он не имел никакого отношения к аптечным помещениям, договора муниципальной аренды были заключены с районными администрациями. Да и вся канитель возникла из-за нескольких бумажек, не игравших особой роли, а именно смет на ремонты аптек и соответствующей финансовой отчетности, большая часть которой у меня уже была — я же ежедневно тряс эти документы, просто в данный момент решил проверить их подлинность и провести встречную проверку с поставщиками товаров и услуг.