Читаем Кариатида полностью

– Паша, тебе срочно надо проветрить «чердак»! Давай на рыбалку смотаем! А? Развеемся! На свежую голову вместе решим, что тебе делать!

В поездке на ту рыбалку всё и решилось.

Любуясь архитектурой, Родичкин неотрывно смотрел в окно. И вдруг в конце проспекта, перед поворотом на озёрную набережную, ему в глаза прямо кинулся сам тёмно-красный особнячок. С пышной лепкой наличников! С низком балконом. С атлантами! Потешными такими. Мускулы напрягли, а сами ростом с обычного человека. В сердце Родичкина что-то непонятное произошло. Как при счастливой любви, его жаркой волной окатило. Он Вайнулина за рукав:

– Юрка, смотри! Провинциальное барокко!

Вайнулин притормозил, глянул в боковое окно, но сначала увидел на тротуаре пьяного парня с чемоданом, видно, выставленного женой или подругой из дома, и только потом он увидел тот обветшалый дом. Взгляд сразу царапнул знакомый крестик, похожий на колючку заградительной проволоки: на напруженной голени одного геркулеса, словно татуировка, прилепилось написанное ругательство. Вайнулин его невольно прочёл.

Мимо особняка шагали, очевидно, супруги с сыном-подростком, пенсионерка с достоинством в поступи в пуховом платке и с полной сеткой апельсинов, куда-то спешила утренняя парочка. Павел, глядя на горожан, подумал: «Им всем недостаёт совсем малого – приложить руки к своему чудному городу, и он засияет, как в лучшие его годы».

– Юра, – попросил он. – Останови машину! Спрошу у людей, где библиотека. Чем чёрт не шутит, может, мне светит тут место?

Через месяц он уже не только работал в нашей библиотеке, но и внёс в неё опыт ленинградской «Публички», открыл здесь свою первую выставку. На ней сразу бросалась в глаза фотография, так взволновавшего его, тёмно-красного особнячка. Под снимком объяснялось про стиль этого дома – барокко: что он родился в Италии в пору её экономического упадка, что итальянские архитекторы богатством зданий стремились поднять дух своих удручённых сограждан, что это им удалось, и позднее итальянцы, щедрые распространители красоты, понесли свою идею по миру. Наш особняк в окружении именитых собратьев, представленных на других снимках, выглядел как побитый породистый пёс без хозяина. У многих посетителей выставки тогда возникла досада на своё поколение: получили наследство от петербургских времён и во что превратили? Несколько читателей оставили в книге отзывов благодарность библиотеке.