Читаем Караванные города полностью

Датировка храма — это следующая проблема, и здесь я думаю, что не правы те, кто говорит о II или III вв. до н. э. Стиль постройки так нежен и изящен, орнаменты так грациозны и так одухотворенны, параллели со вторым помпеянским стилем так очевидны, что для меня нет сомнений: храм был сооружен мастерами позднеэллинистического времени.

От этого храма ущелье оживает — оживает рядом фасадов домов мертвых, окаймляющих ущелье. Бесчисленные гробницы покрывают своими фасадами стены скал ущелья (см. рис. VII). Перед нами возникают то колоссальные башни-алтари с причудливыми зубцами ассирийского типа, вырезанные в таком глубоком рельефе, что почти свободно стоят на фоне скалы, то мелкие и крупные фасады того же типа в низком и высоком рельефе. И рядом с этим местным стилем фасадов — эллинистические фасады, состоящие из портиков и колонн с местными и греческими капителями. Иногда фасады украшены греческими статуями. Иногда эти эллинистические фасады достигают высоты в один, два и даже три этажа.

Рис. VI Петра: 1 — театр; 2 — арки над главной улицей (фото — Американская колония, Иерусалим)

В целом некрополь — фантастический город мертвых, или лучше такая же декорация сцены какого-то огромного сказочного театра. Ущелье все расширяется. Однако здесь часть старых гробничных фасадов разрушена для того, чтобы дать место встроенному в скалу изящному театру, украшенному сверкающими, врезанными в скалу ступенями (см. рис. VI, 1). Вот направо — стена, вся покрытая самыми фантастическими из всех фасадов. Это эллинистические гробницы — самые знаменитые фасады Петры, которые нам всем известны по репродукциям и по кинематографу. За ними, в долине реки, расположена котловина, где петрейские купцы решили выстроить свой город так, чтобы он со всех сторон был окружен отвесными скалами с тысячами гробниц, врезанных в них.

Для туриста Петра не только город гробниц, но и город, окруженный скальными святилищами (см. рис. VIII, 1). Их можно найти везде, и они хорошо сохранились. От города живых и через окружающее его кольцо города мертвых тянутся крутые тропы, подчас превращающиеся в ступени, к вершинам гор, где с древнейших времен местные бедуины почитали своих богов, не в храмах, как их эллинизированные потомки, а под открытым небом. И верховные боги Петры Дюшара, бог Солнца, и Аллат, богиня Луны, стояли здесь и ждали поклонения не в обличии людей, а в виде фетишей или обелисков (см. рис. VIII, 2). Символом Дюшары был фаллический обелиск или черный метеор, упавший с неба. Такой же метеор стоит и в Мекке. Кровавые жертвоприношения этим богам совершались в горных святилищах на грубых, высеченных в скале, алтарях — прототипах надгробных памятников. Не одни полудикие, кочевые племена, кланы и семьи арабов почитали богов на этих площадках и алтарях; по священным тропам тянулись к ним из города и городские жители (см. рис. IX, 2). Храмы их города — дань его жителей моде; свою настоящую молитву они творили там, на вершинах гор, днем — так близко от дарителя жизни вечного Солнца, утопая в лучах его, или ночью — в таинственном единении с великой магической богиней — серебристой Луной, чье мерцание обволакивало их.

Появляется новое видение. Из расщелины скалы струится проток, поток живительной и животворящей воды. И тут, конечно, вырастает святилище (см. рис. IX, 1). Это — пещера под нависающей скалой, в таинственном свежем полумраке. Священные тропы тянутся к ней, к ней шли паломники — попить живой воды за скромной трапезой в пещере, превращенной в столовую.

Рис. VII Петра. Скальные гробницы: 1 — гробница обелисков (фото — Американская колония, Иерусалим); 2 — гробница-урна

Гробниц и горных святилищ множество, однако в дополнение к ним был и город живых, такой же, как Мекка времени до Магомета, город такой же, как Джераш и Амман, как Пальмира, другим словами — караванный город. Это был город богатых и изворотливых купцов, но это был город причудливый и своеобразный в своем кольце красных скал. От него мало что сохранилось, но планировка ясна. Недавно, фактически во время войны, немецкому археологу Виганду, директору Берлинского музея классических древностей, впервые в истории удалось набросать план этого города. Дополнения к нему были сделаны британской экспедицией, о которой я уже упоминал.

Основные черты топографии города ясны. Три ущелья, связывавшие Петру с внешним миром, являлись главными входами в нее; это — Баб-эс-Сик, о котором я уже говорил, Тугхара — на юге и Туркмание — на севере. Вполне вероятно, что территория позднего города не совпадает с таковой античного. Это были крепость и пещерный город, известные нам по Библии и ранним упоминаниям о Петре. Возможно, что укрепленная цитадель располагалась на Эль Хабисе, на возвышении над котловиной Петры и ее поздних построек.