Читаем Караван счастья полностью

Вскоре после революции 1905 года появился в приазовской казачьей станице Бриньковской «инородец» Яков Бахчиванджи, рабочий, пролетарий, мастер на все руки. Поступил на мельницу механиком. Вскоре женился на дочери бедного казака. Когда Грише было три года, мать умерла. Воспитывала его Агнеса Степановна Бахчиванджи, вторая жена отца. К этому времени семья переехала в соседнюю станицу Ахтари.

Разыскал Александр Тарасович людей, которые хорошо помнили семью Бахчиванджи, их соседей по дому. Помогали ему пионеры, красные следопыты. Семью Якова Бахчиванджи в станице больше помнили под фамилией Садовниковы. В самом деле, бахчи — сад по-болгарски. И вполне вероятно, что выходец из болгарского поселения на Кубани Яков Иванович сам перевел свою фамилию на русский лад. Значительно позже подтверждение этой версии мы нашли в семье Бахчиванджи.

Обо всем этом Ранюк написал неизвестному штурману Катеневу. И через пять дней получил телеграмму, из которой явствовало, что сегодня в пять часов дня в Краснодарском аэропорту его ждет Катенев: следует лететь в Свердловск на заседание, посвященное памяти его земляка.

Пора в станице была горячая, страдная. Но станичники решили: пусть Ранюк едет. К исходу дня в Краснодарском аэропорту появился высокий сутуловатый человек с папкой. Терпеливо ждал он неизвестного Катенева. Но час проходил за часом, а тот не появлялся. Наконец, запасшись билетом на последний рейс, Александр Тарасович стал обдумывать обстановку. Обдумывать пришлось долго: рейс задерживался. Когда же, наконец, была объявлена посадка и так ничего и не решивший Ранюк пошел к посадочным вагончикам, аэропортовское радио предложило ему встретиться у справочного бюро со штурманом Катеневым. Так они встретились. Два совершенно разных человека, с одинаковой душой. Друг другу они понравились с первого взгляда.

Капля за каплей, факт за фактом пополнялось наше досье. Появились новые документы, фотографии. Нашими активными помощниками стали пионеры. Телефон на моем столе звонил без конца. Мне советовали. Мной руководили. Мне, наконец, приказывали.

— Оксана Сергеевна? — спрашивал веселый пионерский голос. — Мы разыскали сослуживца Бахчиванджи В. Я. Бессалова. Завтра в 11 часов он будет у вас.

— Редакция? Мы познакомились с А. М. Кутьиным. Он знал Бахчиванджи. Завтра в…

Они очень много сделали, наши быстроглазые помощники. Они буквально за неделю перевернули весь город. Они горели, они жили этими событиями. Их пионерская дружина боролась за право носить имя летчика-испытателя.

А в мастерской молодых скульпторов Валентины и Владимира Грачевых тоже полным ходом шла работа. По фотографиям они создавали образ человека, которого никогда не видели. Работали на энтузиазме, полностью на общественных началах. И с нетерпением ждали каждого прилета Игоря, каждой новой фотографии, факта.

В ПУТЬ-ДОРОГУ

Шла запоздалая уральская весна, когда мы, нагруженные кино-, звуко- и светоаппаратурой, отправились в путь. Теперь с нами были трое операторов. А это верный признак того, что телепередача уже не за горами. Действительно, через две недели зажглось привычное табло «Передача идет», и мы с Игорем стали рассказывать о том, что удалось нам узнать за последние месяцы и эту неделю о человеке, с которым все последнее время и во сне, и наяву связаны наши мысли. Но пока от той передачи нас отделяли шесть тысяч километров дорог.

Начавшись на южном берегу Азовского моря, на родине Григория Яковлевича, наш путь должен был завершиться на северном, там, где по не совсем проверенным данным могла жить семья Бахчиванджи.

Станица Бриньковская. Земля Кубани. Здесь, на азовских берегах, прошло Гришино босоногое детство. Может, этот седой разливистый Бейсуг научил мальчика упорству и твердости? Или штормовой ветер с Азовского лимана вдохнул в него ум и сноровку? Или песни, предания старых казаков донесли до него мудрую смелость его дедов?

Станица встретила нас ароматом цветущих садов, теплом и рыбой. Шла весенняя путина, и приметы этой страдной поры заявляли о себе на каждом шагу.

Из всех незабываемых встреч той весны нас ждала здесь, пожалуй, одна из интереснейших. Откликнулся на наше приглашение и прилетел в станицу генерал-майор авиации запаса Петр Михайлович Стефановский — командир полка летчиков-истребителей, в котором начинал Великую Отечественную войну Григорий Яковлевич Бахчиванджи. До этого мы были знакомы с Петром Михайловичем заочно.

Мы знали, что Петр Михайлович — один из старейших испытателей страны, впервые в мире выполнивший фигуры высшего пилотажа на реактивном самолете. 304 типа машин испытал Герой Советского Союза летчик Стефановский. Наша телеграмма оторвала его от книги «304 неизвестных», над которой он работал.

Послушать прославленного командира собралась, кажется, вся округа — тысячи людей приехали из соседних станиц. Митинг состоялся на площади, у братской могилы солдат и офицеров, погибших в боях за Бриньковскую.