— Пусть идут к черту! — хрипло прошептал Драган.

Стук повторился.

— Давай узнаем, кто это и чего хочет. — Предложила я.

— Как скажешь. — Со вздохом сдался он. — Войдите!

Дверь медленно открылась, и под хорошо знакомый аккомпанемент стука посоха в комнату важно прошествовал слуга главы клана.

— Госпожа Лилиана приказала вашей девушке явиться к ней, господин Драган. — Сообщил он, склонив голову перед Гораном.

— Ни за что! — побледнев и сжав кулаки, прорычал любимый, двинувшись на него.

— Успокойся. — Я успела встать между ними. — Мне ничего не угрожает.

— Еще как угрожает! Никуда не отпущу! Ни в коем случае!

— Не смей мне приказывать! — его слова всколыхнули недавнюю обиду. — Никогда!

— Саяна!

— Ты обещал! Или это были пустые слова?

— Любимая!

— Все будет хорошо. У меня нет желания дрожать перед ней! — я обернулась к верному псу Лилианы. — Пойдемте.

— Умоляю, воздух мой, одумайся! — обхватив меня за талию, срывающимся голосом взмолился санклит.

— Отпусти. — Стальное кольцо разжалось, и я пошла вслед за слугой главы клана.

Глава 4 Корм для рыбок

Саяна

Личные покои госпожи Лилианы — или правильнее будет сказать Ее Величества? — впечатляли. В первую очередь — высотой потолков и обилием золота. Им было отделано все — от пола до потолка. А уж о причудливых мозаиках, выложенных, наверняка, не из стекла — оно так не сияет, а из драгоценных камней, вообще молчу. Какой уж тут Версаль! Если бы Людовик XIV позволил себе такое, французская революция случилась бы гораздо раньше!

Через стеклянный потолок в огромное помещение щедро лился солнечный свет, заставляя ярко вспыхивать и переливаться выложенные янтарем стены и огромный овальный бассейн в центре. Около него на белоснежной кушетке с завитками из слоновой кости возлежала — иначе и не скажешь, Лилиана в купальнике. Юные мальчики-филиппинцы делали ей массаж, старательно разминая божественное тело. Фавориты обоих полов окружали главу клана как облако мошкары, полулежа на россыпи разноцветных подушек и покрывал перед низкими столиками.

Стук посоха заставил женщину поднять голову.

— И как же Горан отпустил свою драгоценную игрушку в мое логово? — насмешливо глядя на меня, пропела она мелодичным голосом.

— Мне удалось убедить его в том, что глава клана достаточно мудра, чтобы не нарушать те законы, которые сама же должна защищать.

— Ясно. — Она кисло улыбнулась. — Как тебе мои покои? Впечатляют, не правда ли?

— Да. — Я кивнула, не став уточнять, что поражает меня то, что на стоимость отделки гигантского помещения можно было сделать десятки тысяч жизненно необходимых операций для малышей из моего фонда. Да еще и на период реабилитации с лихвой денег бы осталось.

— Проходи, присаживайся.

Я обошла бассейн и заметила на столиках горки белого порошка.

— Угощайся.

— Нет, спасибо.

— Не очень-то вежливо отказываться от угощения!

— Не очень-то вежливо предлагать мне кокаин. — Раздраженно сорвалось с моих губ. — Ты ведь прекрасно осведомлена о том, как он исковеркал мне жизнь.

— Да, было бы куда проще, если бы ты вышла тогда замуж и обзавелась детьми. — Пробормотала женщина, приподнявшись.

— А что бы это изменило? — не удержалась я, усмехнувшись.

— Знаешь, почему мне нравятся эти филиппинцы? — глаза Лилианы полыхнули гневом. — У них кожа нежная, как у девушек, но руки сильнее. — Она ущипнула одного за попу, но он даже глаз не поднял. — Я как-то заинтересовалась, сколько они способны работать без перерыва. Знаешь, эти смертные смогли меня удивить! Они сутки массажировали моих мальчиков и девочек! Потом начали падать в обморок. И началось самое занимательное. Смотри, — она указала рукой за мою спину.

Я не поверила глазам — в полутьме лежал гепард. Как живой ведь! У Драгана в комнате лев, а тут гепард. Везет мне на хищников, ничего не скажешь. Глаза гепарда неожиданно открылись и сфокусировались на мне. Огромная кошка с ленцой зевнула, продемонстрировав зубастую пасть во всей красе, и вывалила язык, тяжело дыша.

Черт возьми, он живой!!! Я отступила на шаг.

— Самых первых съела Зита. Да, моя девочка? — женщина щелкнула пальцами, и зверь подошел к ней. — Не полностью, конечно, только сердца. Не поверишь, как быстро она вскрывала грудную клетку, чтобы до них добраться! Но самым забавным было наблюдать за их лицами, когда они приходили в себя в этот момент и обнаруживали, что их поедают живьем! Насладившись моим испугом, Лилиана положила руку на холку хищника.

— Теперь они делают массаж до тех пор, пока не падают замертво! — она расхохоталась, потом что-то прошептала на ушко Зите.

Мощная кошка медленно подошла ко мне, буравя взглядом янтарных глаз, ткнулась мокрым холодным носом в ладонь и улеглась у моих ног. Лилиана выглядела разочарованной, но поспешила это скрыть. Ее ладонь легла на голову парня из свиты, что жался к ее ногам, и начала поглаживать в точности так же, как до этого холку гепарда. Для нее нет разницы, а если все же и есть — дорогой хищник явно ценнее одного из многочисленной армии фаворитов и фавориток, не сводящих с нее влюбленных глаз.