Читаем Кара Господа полностью

— С собой не возьму, и не проси! — я рассмеялась и опустила ноги на пол. Смех затих, как только на глаза попалось платье с полуоторванным лоскутом.

— Саяна, прости меня, пожалуйста! — покаянно прошептал Драган, тоже глядя на него. — Я позабочусь обо всем, оно станет еще красивее!

— Но никогда уже не будет прежним. — С горечью прошептала я.

— Если бы можно было повернуть время вспять, поверь…

— Верю.

— Я всю жизнь буду завоевывать твое прощение, Саяна.

— Все, забыли. Лучше позаботься о завтраке, умираю от голода!

— Все будет в лучшем виде, госпожа моя! — пообещал Горан.

И не соврал. Когда я вернулась из ванной, на кровати уже стояло несколько подносов, источающих такие ароматы, что мне без зазрения совести удалось ускользнуть от объятий любвеобильных хорватов, чтобы с урчанием впиться зубами в горячую булочку с вишневым вареньем и застонать от удовольствия, смакуя горячий шоколад.

— Обижусь ведь. — Ревниво пробурчал мужчина, наливая себе черного кофе. — Так стонать ты должна только в моих руках!

— Еще чего! — пробурчала я с набитым ртом. — В жизни много удовольствий.

— Бунт?

— Революция! Свергаем всех хорватских тиранов, которые ревнуют к выпечке!

Он расхохотался. Мне было радостно смотреть на его улыбку. И я очень надеялась, что именно этот Горан — настоящий.

Горан

— Пришло время выполнять обещания, да? — тихо спросил я после завтрака.

— Рассказывай. — Саяна кивнула, поудобнее устраиваясь в кровати. — Но учти, сказка должна быть такой страшной, чтобы даже дети вышли покурить.

— Она как раз такая, но даже не знаю, с чего начать.

— С того, что ты — санклит.

— Так Арсений рассказал тебе! Не ожидал. Но вместо того, чтобы разъединить, это нас, наоборот, сплотило. — Улыбаясь, я погладил ее руку.

— Это было в записке?

— Нет. Но там информация не менее захватывающая. Мы к этому позже вернемся.

— Вряд ли это хорошо, но выбора у меня нет.

— Горан.

— Прости. Итак. Скажу честно, о санклитах никто точно ничего не знает. Достоверно только одно — они есть. Если верить легендам, изначально у Господа были Ангелы Смерти, забиравшие жизнь у людей, когда приходил их срок. Или если человек разгневал Бога.

— Крылатые киллеры.

— Как-то так. Соль истории в том, что отняв жизнь, Ангелы на некоторое время становились подобием человека. Могли чувствовать, предаваться удовольствиям. Со временем им это понравилось. Да так. что остановиться некоторые из них не смогли и начали убивать для того, чтобы жить, как люди.

— Полагаю, последовали разборки с руководством?

— Еще какие. Но до этого один из Ангелов Смерти встретил девушку, будучи в человеческом обличии, влюбился в нее. Он… — я заставил себя продолжить. — взял ее силой. Из-за богатства отец отдал девушку Ангелу в жены. Она родила ему мальчика — Якоба и девочку — Лилиану. Они и стали первыми санклитами.

— Надеюсь, это не вчерашняя Лилиана?

— Нет, конечно. Вчерашнюю зовут Эльшбетта.

— Кошмар.

— Вот поэтому она и взяла другое имя. Естественно, выбрала имя родоначальницы клана.

— И на том спасибо. Так что было дальше? Санкции?

— Да. Господь внял мольбам Ангела, согласился пощадить его детей, но проклял их — чтобы жить, они должны были отнимать жизнь у людей. — Я помедлил. — И потомки этих санклитов тоже.

— Они и сейчас?..

— Каждый санклит живет, только отняв жизнь у человека, получив столько лет или месяцев, сколько тому оставалось жить. Когда заемная жизнь заканчивается, санклит вынужден повторять это вновь.

— И ты… — Ее голос задрожал. — Убивал?

Я побледнел, но не отвел взгляд и почти беззвучно прошептал:

— Да.

Она всхлипнула. Слезы потекли по щекам.

— Родная моя… — Я потянулся к Саяне. Невыносимо видеть, как любимая плачет.

— Не надо. — Она отшатнулась, прижавшись к спинке кровати.

— Ты боишься меня? — боль полоснула душу.

— Не знаю.

— Я никогда не причиню тебе вреда, родная!

— Так вот почему ты так долго ничего не рассказывал?

— Да. Боялся именно такой реакции. — Я грустно улыбнулся. — Мне нужно было представить тебя санклитскому сообществу, это обеспечивало тебе безопасность. Я боялся, что все узнав, ты сбежишь, и руки у Лилианы будут развязаны. С первой секунды, как утонул в твоих глазах, этот страх разъедал душу. Я тянул, как только мог. Саяна, мне нечем гордиться. Но не было возможности выбирать. Я таким родился. Меня сделали убийцей с первого вдоха.

— Мама?..

— Так вот что было в записке! Узнаю почерк Арсения. Нет, родная, моя мама — санклитка, как и отец.

— Чистокровка.

— Да. При рождении чистокровных санклитов присутствует смертный. Ребенок забирает его жизнь. Если человека рядом нет, дитя умирает.

— И других вариантов нет?

— Увы. Если санклита рожает обычная женщина, она расплачивается за это жизнью. То же происходит в случае аборта. Суррогатное материнство невозможно, при ЭКО эмбрион не приживается.

— Но все считают, что мне ты уготовил именно такую участь.