Читаем Капкан полностью

– Понимаете, – утирая слезы, принялась объяснять я, – Александр говорил мне, что вы его лучший друг. Я хотела просто поговорить с вами о нем, вспомнить… Понимаете, мне очень дорого все, что с ним связано. Мне совершенно не с кем поговорить, я так страдаю, – тут я зарыдала уже в голос. Даже не знаю, настоящими слезами или фальшивыми.

Воронов даже приобнял меня.

– Успокойтесь, Оля, пожалуйста. Я постараюсь вам помочь. Для меня смерть Александра тоже была большим ударом. Я просто не поверил, когда узнал. Только что-то я вас не помню. И Александр мне ничего не говорил.

– Он не хотел афишировать наши отношения. Понимаете, я замужем…

Господи, я становлюсь совсем уже бессовестной лгуньей! Но что же делать, когда речь идет о счастье сестры?

– Я понимаю, понимаю, – закивал головой Михаил, обнимая меня и даже как-то укачивая на манер убаюкивания ребенка. – Вы поплачьте, не стесняйтесь!

Плакать мне уже не хотелось, но я отчаянно заревела. Чтобы мой рев выглядел естественнее, я вспомнила все плохое, что случалось со мной в жизни: развод с Кириллом, нелады с матерью и даже детские обиды на Полину. Сразу стало себя жалко, и я поплакала и над судьбой Маслова, и над собственной. Продолжалось это около пятнадцати минут.

Все это время Воронов сидел терпеливо рядом, похлопывал по плечу и молчал. Наверное, у него был опыт успокаивания расстроенных женщин. Мне было приятно чувствовать его поддержку.

Бывают же такие мужчины! Другой или растерялся бы на его месте и бестолково топтался вокруг меня или выгнал бы к чертовой матери незваную гостью, а этот слушает мои всхлипы, успокаивает…

Наконец, я перестала себя жалеть и стала успокаиваться. Увидев, что я уже не плачу в голос, а лишь шмыгаю носом, Воронов отпустил меня и ушел в кухню. Вскоре он вернулся со стаканом воды и каким-то пузыречком. Михаил накапал из пузыречка в стакан немного темной жидкости и протянул мне.

– Выпейте, это поможет вам успокоиться.

– Спасибо, – всхлипнула я и проглотила залпом лекарство с каким-то мятным привкусом.

Михаил сел рядом. Я вздохнула и спросила у него:

– А вы давно были знакомы с Александром?

– Давно. Мы, знаете, учились вместе. Правда, я не закончил институт, но отношения наши всегда оставались хорошими. Встречались мы не очень часто. Но были искренне привязаны друг к другу.

– Да-да, я знаю, – закивала я головой. Надо только не перестараться и осторожно реагировать на его реплики. Кто его знает, может, он заподозрил, что я никакая не подруга Маслова и проверяет меня?

– Скажите, кто мог желать смерти Саше? Ведь он был такой хороший? – заныла я.

– Как кто? Так Глазунов же! Разве вы этого не знаете?

– Я знаю, я слышала об этом! Но следователь говорил, что сомневается в его виновности.

Ой, как бы мне не навредить Жоре своими высказываниями! Может, не стоило этого говорить?

На лице Воронова отразилось недоумение:

– Если его убил не Глазунов, то кто же? Ведь он был с ним в тот вечер?

– Да. Но очевидно, об этом знал кто-то еще. И этот кто-то поехал туда и убил Сашу. Это я так думаю.

– Ну, а может, его убили случайно?

– То есть как? – открыла я рот.

– Ну, мало ли как! С целью ограбления, например!

– Но кто же потащится в такой час в Вишневку, чтобы ограбить человека? Там же никого нет, кроме дачников!

– А вы не думали, что его могли убить, скажем так, коллеги по работе? – осторожно спросил Воронов.

– Какие коллеги?

– Ну, вы ведь знаете, кем он был?

– Да, конечно, – пробормотала я.

– Честно вам скажу: не нравилось мне то, чем Александр занимается. Говорил ему, что не к добру он это затеял, ох, не к добру. И прав оказался. Это все Сережка Кравцов его подбил. У того вечно разные авантюры в голове.

– А вы знаете Кравцова?

– Конечно, знаю. Говорил Александру, чтоб от него подальше держался! И у Глазунова не советовал в долг брать!

– Почему?

– Как почему? Не смог отдать – и вот результат!

– Подождите, вы все-таки считаете, что его убил Глазунов или Кравцов?

– Я ничего не знаю. Но думаю, что кто-то из них. А кому еще нужно его убивать? Ну, может, не сам Серега, конечно, но и не без его помощи это произошло. Он хитрый парень. Деньги собрал, а Сашке не давал ничего. И как только проблемы с вкладчиками начались, на море укатил, а Сашку оставил расхлебывать это дело.

– Когда он уехал?

– Да с неделю назад. Может, раньше. Я вообще думаю, что он больше не вернется.

– Почему?

– А зачем? Ему же надо будет делиться. И с вкладчиками как-то разбираться. А это свалил – и все дела!

– Но ведь ему придется скрываться от правоохранительных органов!

– Ну и что? С его деньгами это ерунда! – Воронов махнул рукой.

– Подождите, но тогда получается, что у него алиби! Ведь его не было в Тарасове в ночь убийства?

– Ну и что? Может, он нанял кого! Зачем самому подставляться?

В словах Воронова была логика. Я задумалась.

– А почему вы этим так интересуетесь? – спросил вдруг Михаил.

– Я хочу найти убийцу и покарать его! – с горящими огнем глазами сказала я. – Я не прощу ему Сашину смерть!

– Но, Оля, зачем вам это? Вас же посадят, вы только неприятности себе наживете!