Читаем Капитаны песка полностью

Жозе Педро был уже не в том возрасте и не имел никакого образования. Но хозяину было неудобно перед епископом отступать от своего слова, и Жозе Педро поступил в семинарию. Большинство семинаристов смеялись над ним. Ему никак не удавалось стать хорошим учеником. Он был очень старательным, это так. К тому же одним из самых преданных церкви, искренне верящих. Но он часто не соглашался с тем, что творилось в семинарии, и другие ученики его третировали. Ему не удалось проникнуть в тайны философии, теологии и латыни, но сердце его было открыто чужой боли, и он хотел наставлять в вере детей или индейцев. Жозе Педро пришлось многое вытерпеть, особенно когда через два года хозяин фабрики перестал платить за него, и он был вынужден подрабатывать педелем 29, чтобы продолжить учебу. Однако, не смотря ни на что, ему удалось закончить семинарию и получить сан. Теперь, в ожидании собственного прихода он служил в одной из байянских церквей. Но больше всего на свете он хотел стать наставником городских беспризорников, мальчишек без отца и матери, которые живут среди всяческих пороков, добывая свой хлеб воровством. Падре Жозе Педро мечтал открыть им свет истинной веры, привести их сердца к Богу. С этой целью он стал посещать исправительную колонию для несовершеннолетних преступников, где вначале директор встретил его с распростертыми объятиями, но когда падре решительно высказался против телесных наказаний, против того, чтобы детей по нескольку дней морили голодом, все сразу изменилось. Ему даже пришлось написать по этому поводу письмо в газету. В результате дорога в колонию была для него закрыта, а в архиепископство направлена жалоба. Поэтому у него до сих пор и нет своего прихода.

Однако больше всего ему хотелось познакомиться с капитанами песка. Проблема малолетних преступников и беспризорников, не волновавшая, казалось, никого в целом городе, была главной заботой падре Жозе Педро. Он пытался сблизиться с этими детьми не только для того, чтобы обратить на путь истинны — он хотел просто помочь им, улучшить их жизнь. Попытка падре как-то повлиять на капитанов не приносили большого успеха. Вернее вообще никакого. Он даже не представлял, что нужно сделать, чтобы завоевать доверие маленьких воришек. Но он знал, что эти мальчишки лишены любви и заботы, зато с лихвой хлебнули голода и бесприютности. И если падре не мог дать им кров, еду и одежду, то, по крайне мере, у него всегда было для них доброе слово и сердце, исполненное любви. В одном заблуждался в начале падре Жозе Педро: он полагал, что капитаны согласятся променять свою безграничную уличную свободу на сытую жизнь. Конечно, падре не собирался агитировать этих ребят за исправительную колонию: слишком хорошо он знал ее законы, писаные и неписаные, и прекрасно понимал, что это учреждение никого не может сделать ни лучше, ни честнее. Падре рассчитывал на своих пожилых прихожанок, с которыми у него сложились дружеские отношения. Они могли бы взять на себя заботу о капитанах песка, об их обучении и воспитании. Но тогда капитанам пришлось бы отказаться от всего того, что было для них главным: от свободы, от полных опасности приключений на улицах самого таинственного и прекрасного города в мире — Баии Всех Святых. И познакомившись через Сачка с капитанами песка, падре Жозе Педро тут же отверг эту идею, понимая, что, сделав подобное предложение, он навсегда утратил бы их доверие. Мальчишки просто уйдут из склада, и он никогда больше их не увидит. К тому же у него не было абсолютного доверия к этим одиноким старым богомолкам, которые буквально не вылезали из церкви, а в перерывах между мессами сплетничали и злословили. Он помнил, как они обиделись на него в первый день его службы в этой церкви. Когда обедня закончилась, группа богомолок окружила его с явным намерением помочь ему снять облачение. Раздались взволнованные голоса:

— Преподобненький… Архангел Гавриил…

Одна тощая старая дева молитвенно сложила руки:

— Мой Христосик…

Это было невыносимо, и падре Жозе Педро взорвался. Хотя он знал, что большинство священников не возражают против такого обожания и получают неплохие подношения в виде кур, индюшек, вышитых носовых платков, а иногда даже старинных золотых часов, которые передаются в семье из поколения в поколение. Но у падре Жозе Педро было иное представление о своей миссии, он осуждал подобное поведение святых отцов и поэтому реагировал чересчур страстно:

— Вам что, нечего делать? У вас нет дома, вам не о ком заботиться? И я не Иисусик и не Архангел Гавриил… Идите домой… работать, готовить обед, ужин.

Богомолки смотрели на него так, словно он был самим Антихристом.

— Работая по дому, вы лучше послужите Богу, чем здесь, нюхая подолы священников. Идите, идите… — закончил падре.

И даже когда они ушли, напуганные, он все повторял скорее с болью, чем злостью:

— Христосик… Поминают имя Господа всуе.