Читаем Канон полностью

— Правда? — она подняла к нему голову, и её лицо расцвело, а он склонился к ней и поцеловал. Ту-то я и понял, что настал момент оставить их двоих. Мы вышли за дверь, и я собрался было идти вниз, но Дафна остановилась, прижавшись спиной к стене. Я подошёл к ней, не сводя глаз с губ, по которым она машинально провела язычком, и обнял за талию, откинув полы мантии в сторону. Она сложила руки у меня на груди.

— Я думаю, — негромко сказал я ей на ушко, — что в наши отношения перешли в новое качество, — я поцеловал её, и ладони мои соскользнули с талии чуть ниже. Прежде, чем она успела возмутиться, я чуть сжал руки, вырвав у неё сдавленный писк. Она оттолкнула меня и зашипела сердито:

— Ты что себе позволяешь, наглец?

— Ну, прости, милая, — примирительным тоном сказал я, снова её обнимая. — Не смог удержаться.

— Я тебе сейчас такое “не смог удержаться” устрою! Я тебе сейчас руки повыдёргиваю! — продолжала шипеть она. — И горло перегрызу, как обещала!

Тем временем, мои руки опять соскользнули, и я их сжал.

— Алекс! — ещё громче зашипела она, а потом, прицелившись, вцепилась губами туда, где моя шея переходит в плечо. Меня обожгло болью, но рук я не разжал. а потом она сама немного отпустила хватку, и стала покусывать уже, скорее, нежно, двигаясь вверх по шее. Потом она обвила меня руками и тоже ухватила за зад, а я нашёл её губы. Нашла кого за зад хватать, у неё-то хоть всё мягко, не то, что моё костлявое седалище! Мы совсем потеряли счёт времени, когда рядом с дверью с той стороны послышались голоса. Дафна снова упёрлась в меня, отталкивая, и поправила юбку, залезть под которую она мне не позволила, несмотря на все мои ухищрения. Флёр, вышедшая спиной вперёд, краем глаза заметила нас и с чмокающим звуком оторвалась от Сириуса, тянущегося ей вслед.

— Дё свиданиё, Сири! — сказала она, выпрямляясь и складывая руки перед собой.

— До свидания, малышка, — ответил Сириус, оглядел нас с Дафной, сцепившихся, словно двое пьянчужек на льду, и кивнул. Дескать, всё в порядке, можно не беспокоиться. И захлопнул дверь. Флёр надела капюшон, и мы спустились вниз. Ей нужно было найти какое-нибудь укромное место, чтобы аппарировать, и мы зашли на пустырь за домики.

— Спасибё, Гарри, — сказала Флёр и попыталась отцепить от меня снова прилипшую к моему боку Дафну. У ней не получилось, и она просто обняла нас обоих, поцеловала Дафну в щёчку, а меня — опять в губы, явно добиваясь шипения Дафны. Я решил немного ей подыграть и прижал её к нам, ухватив чуть ниже спины. Обе девушки возмущённо фыркнули, а я непонимающе захлопал глазами:

— А что, разве не так делают во Франции? — с невинным видом спросил я.

— Сказалё б я, как дёлают вё Франсии, но здёсь несёвершеннёлетниё! — парировала Флёр.

— Да ладно, “несовершеннолетние”! Только что замуж за меня собиралась!

— Дёлать этё и говёрить об этём — сёвсём разные вещи! — заявила она. Дафна, глядя на меня хихикнула:

— Ай да Флёр! — довольно сказала она. — Тебе опять удалось вогнать Алекса в краску! — она поцеловала Флёр в щёку, и та отпустила нас.

— Ещё увидимся! — сказала она, доставая палочку, а потом произнесла заклинание и исчезла.

— Я не понимаю, — сказал я Дафне, беря её за руку. — То ты готова мною поделиться с целым светом, то ревнуешь…

— Я не ревную, — отозвалась она.

— Ревнуешь!

— А вот и нет!

— А вот и да!

— Ну, ладно, — согласилась она. — Может, совсем немного. Ты меня прости…

— За то, что меня сосватала? — она кивнула. — Не бери в голову, я же знаю, что Флёр по Сириусу сохнет. Ты не в курсе, кстати, отчего он так всполошился? Я думал, что он её сейчас прибьёт!

— Было, за что, — пожала плечами Дафна. — Разрыв сердца от счастья — обычная история при общении с неопытной вейлой, — она закусила губу. — А я как-то не подумала…

— Не подумала — что? — спросил я.

— Когда мы план обсуждали…

Я рассмеялся.

— Ты что? — подозрительно спросила она.

— Дафна, — проникновенным тоном сказал я. — Я точу тебе сказать… Этих слов я тебе ещё не говорил… Я даже не знаю, стоит ли…

— Я думаю, что стоит, — серьёзно ответила она.

— Но это может повлиять на наши дальнейшие отношения, — замялся я. — Мне очень непросто сказать эти слова. И я не знаю, как ты к ним отнесёшься. Точнее, знаю, но…

— Говори, — тихо произнесла она. — Я уверена, что мне понравится.

“Дафна, ты дура!” — вот что я хотел сказать ей. Потому, что она “не подумала”, и я, похоже, чуть не загнулся. А потом я поглядел на её лицо, точнее, на ожидание сокровенного признания не нём… Это жестоко. Я дернул её за руку, останавливая и прижимая к себе, и поцеловал. Когда я отпустил её, она приоткрыла один глаз и спросила:

— И — всё?

— И — всё! — повинился я.

— Ты мне что-то хотел сказать… — угрожающим тоном сказала она. Я разжал объятья и сделал шаг назад.

— Я и сейчас хочу, — признался я. — Но не могу! — чистая правда, между прочим!

— Алекс! — сказала она, прищурившись, наступая на меня. — Да я тебе сейчас глаза выцарапаю!

— Мама, — сказал я, развернулся и ломанулся в направлении Хогвартса.