Читаем Канон полностью

— Ты за материалами по новому миру пришёл? — спросил он и немедленно протянул мне планшет, который я подхватил Левиосой. — У нас были сомнения. Поначалу мы решили, что это мир, созданный одним из наших столпов фентези, который называется Средиземье… До тех пор, пока вы не встретились с местными жителями. Это нас сильно озадачило, пока не оказалось, что один из наших сотрудников читал схожий фанфик…

— Интересно, — заметил я.

— Да, похоже, Арка привела вас в ещё один мир, созданный по мотивам популярного произведения, — кивнул он.

— Похоже, — согласился я. — Слушай, а вы уже сделали переводчик из иероглифов в пиктограммы и обратно?

— Ты про древнеегипетские? — нахмурился он. — Да, всё у тебя на планшете.

— И они один в один соответствуют? — поинтересовался я.

— Более менее, — подтвердил он. — А в чём дело-то?

— Астория предположила, что Арка — это короткий адрес, а септаграмма — длинный, — пояснил я. — И в септаграмме содержится адрес Арки в твоём мире.

— Если в нём есть Арка, — задумчиво произнёс он. — А было бы интересно…

— Я в первую очередь пытаюсь сообразить, как нам вернуть Амелию Боунс, если мы её отправим в это твоё… — сказал я.

— Средиземье, — напомнил он. — Да, и это тоже.

— А ты, похоже, уже прикидываешь, как обогатишься, проводя через неё очень богатых, но не очень молодых клиентов, — усмехнулся я.

— Ты просто не понимаешь, насколько опасным может быть владение такой технологией, — покачал он головой. — Некоторые местные товарищи легко ядерную войну развяжут… Нет уж, к чертям собачьим! Вот перевод, — показал он мне. — Эти символы действительно отображаются один в один. Я бы начал с четырёх первых и четырёх последних… А зачем, кстати? Ты же можешь септаграмму и в Средиземье нарисовать…

— Могу, — согласился я. — Но не хочу. А то в один прекрасный день ты и вправду удивишься неожиданным гостям. Может, даже непрошеным.

— Разумно, — согласился он. — Ну, тогда в путь. В любом случае перебрать нужно не более тысячи комбинаций.

— Это не так долго, — сказал я. — Думаю, что мы быстро управимся. Только вот как мы поймём, что посылка дошла? И как её найдём?

— Если бы ты мог изготовить артефакт для обнаружения табличек, которым мог бы пользоваться маггл… — с улыбкой предложил он.

— Будет сделано, — пообещал я, не будучи уверенным, что знаю, на что подписываюсь.

— Есть предположение, что Дублёр может стать настоящим после прохождения через Арку, — с хитрой улыбкой сказал Дима.

— Ты уже успел опубликовать очередную главу? — догадался я.

— Ага, — кивнул он. — Только должно выполниться несколько условий…

— Оригинал должен быть убит, убийство Оригинала должно быть по Сценарию, Сценарий должен подменить Дублёра Оригиналом перед убийством, — перечисли я. — Правильно?

— В точности, — подтвердил он.

— А что с Сириусом? — подозрительно спросил я.

— Ничего, — развёл он руками. — Никакого намёка. Ни строчки от себя я не написал. Лишь задокументировал то, что ты мне передал с очками…

— А мне можно очки? — вклинилась Астория. — Хочу выглядеть очень умной, как Гарри Поттер.

— Настоящий Гарри Поттер только выглядит умным, — покачал я головой.

— Разумеется, — согласился он и бросил мне пару: — Сможешь настроить, чтобы только на Астории работали?

— Думаю, что да, — пожал я плечами. — Ещё что-то?

— Я так понял, что ты не будешь сотрудничать с Жаклин? — спросил он.

— Отчего же нет? — пожал я плечами. — Астория мне указала на то, что в принципе мы можем Эпилог игнорировать… Но она же может начать активно вредить, сам понимаешь!

— Может, и зря мы дали ей почувствовать запах власти над целым миром, — задумчиво согласился он.

— Устроим демонстрационный забег через Арку, — предложил я. — Подождём исполнения ею обещанного, а потом…

— Билет в один конец, — догадался он.

— Найдём какой-нибудь мир с минимумом умов, на которые можно влиять, — продолжил я. — По возможности безопасный.

— Отчего-то мне привиделись розовые пони, — улыбнулся он. — Целый мир розовых пони, у которых даже из-под хвоста выходит радуга!

— Ты жесток, — покачал я головой. — Волдеморт бы тебя одобрил. Ну, мы пошли?

— Сделай мне маяк, — попросил он. — И чаще включай мозги.

— Вот это было совершенно незаслуженно, — проворчал я.

Астория, поняв, что разговор закончен, активировала “кнопку”, отправляя демона обратно в геенну. Я задумался. Ведь про мозги он неспроста сказал? Впрочем, кое-какие соображения по поводу включения мозгов в процесс у меня уже появились, но это вовсе не были мечты об объединении всех мозгов из Отдела Тайн в один огромный и последующем порабощении человечества. Хотя было бы здорово. Му-ха-ха! Я поделился своими мыслями с Асторией, и она подтвердила, что идея выглядит здравой.

— Ну, что, — сказал я. — Теперь к Амелии Боунс?

Она помотала головой и застыла, как вкопанная.

— Ты что? — удивился я.

— Бензин кончился, — картинно вздохнула она, вяло всплеснув руками. — Куда же я теперь без бензина-то пойду?!

— Погоди, — нахмурился я. — Вот же рядом станция, там этого бензина… Жди здесь, а я мигом!

Перейти на страницу:

Все книги серии Проект «Поттер-Фанфикшн»

Между небом и землей
Между небом и землей

Проект «Поттер-Фанфикшн». Автор:Anya ShinigamiПэйринг:НЖП/СС/СБРейтинг:RЖанр:Adventure/Romance/Drama/AngstРазмер:МаксиСтатус:ЗаконченСаммари:История любви, три человека, три разных судьбы, одна любовь на троих, одна ненависть. На шестой курс в школу Хогвартс переводится студентка из Дурмстранга. Что ждет ее впереди? Как она связана с Темным Лордом?«Всё время я чувствовала, что это чем-то закончится, либо смертью, либо жизнью…»От автора:Блэк жив, Слагхорн не преподает, сюжет идет параллельно канону(6 и 7 книги) с небольшими дополнениями и изменениями. Саундтреки прилагаются. Все стихотворения в фике написаны мной.Опубликован:Изменен:

Anya Shinigami , Виктория Самойловна Токарева , Ирина Вольная , Nirvana Human , Анна Блоссом , Виктория Токарева

Приключения / Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Современная проза / Прочие приключения

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Карл Брюллов
Карл Брюллов

Карл Павлович Брюллов (1799–1852) родился 12 декабря по старому стилю в Санкт-Петербурге, в семье академика, резчика по дереву и гравёра французского происхождения Павла Ивановича Брюлло. С десяти лет Карл занимался живописью в Академии художеств в Петербурге, был учеником известного мастера исторического полотна Андрея Ивановича Иванова. Блестящий студент, Брюллов получил золотую медаль по классу исторической живописи. К 1820 году относится его первая известная работа «Нарцисс», удостоенная в разные годы нескольких серебряных и золотых медалей Академии художеств. А свое главное творение — картину «Последний день Помпеи» — Карл писал более шести лет. Картина была заказана художнику известнейшим меценатом того времени Анатолием Николаевичем Демидовым и впоследствии подарена им императору Николаю Павловичу.Член Миланской и Пармской академий, Академии Святого Луки в Риме, профессор Петербургской и Флорентийской академий художеств, почетный вольный сообщник Парижской академии искусств, Карл Павлович Брюллов вошел в анналы отечественной и мировой культуры как яркий представитель исторической и портретной живописи.

Галина Константиновна Леонтьева , Юлия Игоревна Андреева

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Проза / Историческая проза / Прочее / Документальное