Читаем Канон полностью

— Сценарий, будь он неладен, — скривился я. — Сегодня встреча с Дамблдором.

— У тебя встреча с Дамблдором? — вспомнила Дафна.

— Да, я тебе только что это и сказал, — кивнул я. — А потом он меня закинет в Нору.

— Очень сочувствую, — сказала она и попросила: — Ты возвращайся поскорее!

— Под юбку Герми не особо там заглядывайся, — хмыкнула Панси.

— С чего бы такие строгости? — недоумённо поинтересовался я. — Насколько я сегодня утром проверял, я свободный человек без каких бы то ни было обязательств. Кому хочу… Ай!

Дафна зашла с другого бока и тоже шлёпнула меня по затылку. Кобры распустили капюшоны.

— Это я определённо заслужил, — покачал я пальцем в её направлении и на всякий случай немного отодвинулся.

Панси поправила мне воротник и похлопала по груди. Мы вышли и пошли в гостиную, — они вдвоём впереди, а я чуть сзади. Монарх и его почётный караул. Султан и его гарем… Дафна обернулась. чтобы убедиться, что мои глаза смотрят в правильном направлении, поправила юбку и довольно кивнула. Я поцеловал их в щёчки и залез в камин. Особняк Малфоев, ещё щепотка порошка, а вот и моя конечная остановка!

Мерлин, ну и свинарник же здесь всё-таки! Правда, следы пребывания Гермионы всё-таки видны — накопленная за год пыль стёрта, по крайней мере, вокруг очага. Сильно сомневаюсь, что такое стала бы делать Молли. Или Джинни, если уж на то пошло.

— О, привет! — выскочила навстречу мне эбеновая амазонка с тряпкой в руке. — А ты здесь какими судьбами?

— Привет, — сказал я, надеясь, что этим всё и обойдётся. — Мне нужно…

Не тут-то было! Сначала Анджелина вцепилась в мои плечи, а потом толкнула в сторону стены и крепко прижалась всем телом. Устоять было невозможно. Нет, я в буквальном смысле — как только она в меня упёрлась… всем, ноги пои подогнулись, как у новорождённого телка, и ей пришлось придержать меня под микитки — иначе шума бы точно не избежать. Ладони сами собой невольно скользнули туда, где я в последний раз видел руки Фреда и Джорджа, а она слегка привстала на цыпочки и впилась в меня влажным поцелуем своих сочных пухлых губ. Я поймал себя на мысли, что что-то я истосковался по этому делу. По поцелуям, в смысле… Эх, змеи, змеи!

— Энджи-и-и! — впился сотней ржавых бритвенных лезвий мне в уши самый любимый голос на свете, и по коридору затопал громмамонт. — Ты в гостиной всё протёрла?

Надо же, мир всё-таки полон сюрпризов, причём на каждом шагу. Я-то, бывая в Норе, по простоте душевной думал, что здесь камин расположен в самом грязном чулане, где порядочная метла давно самораспустилась бы на прутики, а это, оказывается, “гостиная”. Нужно запомнить — логическим путём такое умозаключение сделать просто невозможно! Анжделина с громким чмоком отлипла, чуть не оторвав мне губы, и с тряпкой бросилась к противоположной стене, сосредоточенно там что-то протирая. Уже, по-моему, и так чистое. Я же вдруг осознал другую опасность, и опасность эта стремительно приближалась, колыхаясь в такт шагам Молли. Бе-е-е! Сейчас меня задушат, если я что-нибудь не придумаю! Хоть обратно в камин лезь! Точно! Я бросил в него щепотку порошка и запрыгнул следом, даже забыв о конспирации.

Это было ошибкой. Всё, что мне нужно было — всего лишь вернуться к Малфоям и немного переждать. В панике я об этом на подумал и непроизвольно вернулся в самое безопасное место — домой. Змеи тихо о чём-то беседовали, стоя вплотную и держа друг дружку за предплечья. Когда я вышел из камина, они было радостно повернулись ко мне, а потом улыбки сползли с их лица. Анжделина, чертовка!

— Погляди на него, Панси, — приподняла бровь Дафна. — Уже успел кого-то в углу притиснуть!

Вообще-то, всё было наоборот, но я своей пятой точкой чувствовал, что сейчас мне стоит молчать — потому, что каждое моё слово может и обязательно будет использовано против меня!

— Ну, он же свободный человек без каких бы то ни было обязательств, — с важным видом объяснила ей Панси.

Я развернулся и взял волшебного порошка.

— Стоять! — скомандовала Панси.

Я стряхнул порошок обратно в чашу, вздохнул и опустил руки. Эта партия была безнадёжно проиграна ещё в самом начале.

Они подошли ко мне на расстояние… На расстояние тонкого листка бумаги. То есть, никакого расстояния между нами и не оказалось, они стояли, практически ко мне прижимаясь. Дафна серьёзно меня осмотрела, достала платок и вытерла помаду с моего лица.

— Вот, ты посмотри, — сунула она платок под нос Панси. — А то я что-то не могу определиться…

Та понюхала и внимательно осмотрела.

— Эсте Лодер, — с видом знатока сказала она. — Значит…

— Джонсон! — кивнула Дафна. — Видишь, мы его совсем достали, и он от нас сбежал в гарем к Джонсон.

Панси взяла меня за руку и внимательно её осмотрела. Я почувствовал, как ладонь краснеет.

— Как ты думаешь, он её лапал за попу? — поинтересовалась она.

— Конечно! — уверенно заявила Дафна. — Дурак бы был, если бы не стал!

Панси пристально смотрела ей в рот. Точнее, на губы.

— Это что у тебя, Герлан, что ли? — спросила она.

Дафна вытянула губки, демонстрируя.

Перейти на страницу:

Все книги серии Проект «Поттер-Фанфикшн»

Между небом и землей
Между небом и землей

Проект «Поттер-Фанфикшн». Автор:Anya ShinigamiПэйринг:НЖП/СС/СБРейтинг:RЖанр:Adventure/Romance/Drama/AngstРазмер:МаксиСтатус:ЗаконченСаммари:История любви, три человека, три разных судьбы, одна любовь на троих, одна ненависть. На шестой курс в школу Хогвартс переводится студентка из Дурмстранга. Что ждет ее впереди? Как она связана с Темным Лордом?«Всё время я чувствовала, что это чем-то закончится, либо смертью, либо жизнью…»От автора:Блэк жив, Слагхорн не преподает, сюжет идет параллельно канону(6 и 7 книги) с небольшими дополнениями и изменениями. Саундтреки прилагаются. Все стихотворения в фике написаны мной.Опубликован:Изменен:

Anya Shinigami , Виктория Самойловна Токарева , Ирина Вольная , Nirvana Human , Анна Блоссом , Виктория Токарева

Приключения / Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Современная проза / Прочие приключения

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Карл Брюллов
Карл Брюллов

Карл Павлович Брюллов (1799–1852) родился 12 декабря по старому стилю в Санкт-Петербурге, в семье академика, резчика по дереву и гравёра французского происхождения Павла Ивановича Брюлло. С десяти лет Карл занимался живописью в Академии художеств в Петербурге, был учеником известного мастера исторического полотна Андрея Ивановича Иванова. Блестящий студент, Брюллов получил золотую медаль по классу исторической живописи. К 1820 году относится его первая известная работа «Нарцисс», удостоенная в разные годы нескольких серебряных и золотых медалей Академии художеств. А свое главное творение — картину «Последний день Помпеи» — Карл писал более шести лет. Картина была заказана художнику известнейшим меценатом того времени Анатолием Николаевичем Демидовым и впоследствии подарена им императору Николаю Павловичу.Член Миланской и Пармской академий, Академии Святого Луки в Риме, профессор Петербургской и Флорентийской академий художеств, почетный вольный сообщник Парижской академии искусств, Карл Павлович Брюллов вошел в анналы отечественной и мировой культуры как яркий представитель исторической и портретной живописи.

Галина Константиновна Леонтьева , Юлия Игоревна Андреева

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Проза / Историческая проза / Прочее / Документальное