Читаем Канон полностью

Как оказалось, Рон лежал на кровати пузом кверху по диагонали так, что с одной стороны свешивались ноги, а с другой — голова. Почему — понятно. Похоже, сил стянуть с себя обувь у него в ночи не оказалось, но последняя кроха сознания не позволила залезть в ботинках. Естественно, в таком положении он храпел, как выброшенный на берег кит. Встав, я снял с него ботинки и повернул друга набок, так, чтобы он дышал в другую от меня сторону, зафиксировав Инкарсеросом, чтобы опять не перекатился. Напоследок я ещё и наложил на него Силенсио. На всякий случай. Потом я помыл руки с мылом, открыл настежь окно и палочкой начал выдувать из нашей спальни спёртый воздух. Когда амбре улетучилось и стало возможно дышать, я оделся, потрепал Мурку по спине и пошёл заниматься физкультурой.

После завтрака мне-таки удалось увидеться с Дафной. Она выглядела уставшей и озабоченной, причём отнюдь не по моему поводу. Странно, я-то ожидал, что она хотя бы волноваться будет, а тут…

— Как там Панси? — спросил я её, кода мы спрятались в одном из классов.

Она вздрогнула и удивлённо посмотрела на меня.

— Хм, — сказала она. — Не очень. Странно, что ты задаёшь мне такие вопросы.

— Я не понимаю, — покачал я головой. — То есть, я ещё и виноват…

— А кто же ещё? — пожала она плечами. — Если бы не обидел Панси и если бы она не захотела тебе доказать…

— Давай замнём, — предложил я, поняв, что мне совсем не нравится, куда вдруг зашёл этот разговор.

Впрочем, я её не виню — лучшая подруга, самая близкая и верная, ближе, может, чем даже родная сестра, попала в беду — естественно, она переживает, как за саму себя. Но я-то в общем-то тоже не железный…

— Давай, — согласилась она и совершенно неожиданно спросила: — Ты кошку мою не видел?

— Которую? — решил я уточнить. — Бастинда меня вчера позвала… На помощь. А Мурка, по словам Гермионы, заявилась сразу после моего ухода. Так, наверное, и дрыхнет сейчас в моей кровати…

— Хвала Мерлину, нашлась! — выдохнула Дафна и, бросившись мне на шею, стала целовать, куда попало. — Я так за неё переживала! — сказала она, успокоившись и прижавшись ко мне, и я почувствовал, как мне за воротник упало несколько горячих капель.

Это что, она по какой-то кошке плачет? Нет, я конечно понимаю, что Мурка и умница, и вообще замечательное животное, но лить слёзы… Пока я гладил Дафну по плечам и спине, меня вдруг озарила догадка. Вот оно, точно! Она злится на Панси за то, что та слишком далеко зашла в демонстрации своего крутого нрава, и поэтому проецирует волнение за Панси на кошку. Когда я это сообразил, у меня как камень с души свалился — одной загадкой меньше!

— Послушай, — сказала Дафна, которая высунув от усердия язычок, крутила в пальцах пуговицу у меня на рубашке, пытаясь оторвать. — Ей ведь вчера тоже досталось…

— Панси? — не понял я.

— И Панси тоже, — согласилась она спокойно. — Мурке досталось. Она же к такому обращению вообще непривычна…

— Пыталась помешать Благэрду? — поморщился я при упоминании мерзавца.

— Да, помешала ему, — кивнула Дафна. — И ей от него тоже попало… А тебе она доверяет. Может, даже больше, чем мне…

— С чего бы это? — хмыкнул я.

Она о ней и вправду, как о члене семьи печётся…

— Ну, у себя на груди я ей спать не позволяла, — объяснила она.

— Как будто меня кто-то спрашивал, — ошалело пробормотал я.

— Присмотри за ней, хорошо? — попросила она.

— Хорошо, — согласился я. — Может, пойдём погуляем?

— Пойдём, — улыбнулась она. — Только кошку возьми.

Далась ей эта кошка! Впрочем, Мурка себя дважды просить не заставила, и едва я озвучил ей свои планы, сразу же запрыгнула ко мне на руки. Мы пошли гулять вокруг озера — я и Дафна, держась за руки, и кошка, которая то бежала рядом под тёплым солнышком, то запрыгивала мне за пазуху и оттуда уже озирала окрестности своим непривычно серьёзным взглядом.

— Везёт же некоторым, — усмехнулась Дафна, когда я очередной раз спустил кошку на траву. — На руках носят!..

Я поднял её и прижал к себе. Так далеко, как Мурку, я её на руках нести, конечно, не смог, и через пару сотен метров пришлось и её отпустить побегать на травку.

— Ну, есть ещё простор для тренировок, — улыбаясь, сказала мне довольная Дафна, настроение которой улучшалось просто на глазах.

К полднику мы жутко проголодались и оттого вернулись в замок. Наскоро перекусив, Дафна предложила через полчаса встретиться в библиотеке и убежала. Кошка тоже куда-то исчезла. Вечер мы провели вчетвером — с Дафной вернулась Мурка, а за мной увязалась Гермиона, которой я имел неосторожность небрежно бросить на ходу “В библиотеку!” Мы трое листали учебники по предмету, а кошка, свернувшись калачиком на столе у моего локтя, мирно спала, позволяя моим пальцам чесать её за ушком. В какой-то момент Сценарий потребовал нашего с Гермионой присутствия в другом месте и мы стремглав, словно опаздывали в туалет, понеслись встречать экзаменационную комиссию. По пути обратно я продумывал ещё раз очередную пакость Амбридж, к которой совершенно неожиданно изъявила желания присоединиться Беллатрикс.

Перейти на страницу:

Все книги серии Проект «Поттер-Фанфикшн»

Между небом и землей
Между небом и землей

Проект «Поттер-Фанфикшн». Автор:Anya ShinigamiПэйринг:НЖП/СС/СБРейтинг:RЖанр:Adventure/Romance/Drama/AngstРазмер:МаксиСтатус:ЗаконченСаммари:История любви, три человека, три разных судьбы, одна любовь на троих, одна ненависть. На шестой курс в школу Хогвартс переводится студентка из Дурмстранга. Что ждет ее впереди? Как она связана с Темным Лордом?«Всё время я чувствовала, что это чем-то закончится, либо смертью, либо жизнью…»От автора:Блэк жив, Слагхорн не преподает, сюжет идет параллельно канону(6 и 7 книги) с небольшими дополнениями и изменениями. Саундтреки прилагаются. Все стихотворения в фике написаны мной.Опубликован:Изменен:

Anya Shinigami , Виктория Самойловна Токарева , Ирина Вольная , Nirvana Human , Анна Блоссом , Виктория Токарева

Приключения / Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Современная проза / Прочие приключения

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Карл Брюллов
Карл Брюллов

Карл Павлович Брюллов (1799–1852) родился 12 декабря по старому стилю в Санкт-Петербурге, в семье академика, резчика по дереву и гравёра французского происхождения Павла Ивановича Брюлло. С десяти лет Карл занимался живописью в Академии художеств в Петербурге, был учеником известного мастера исторического полотна Андрея Ивановича Иванова. Блестящий студент, Брюллов получил золотую медаль по классу исторической живописи. К 1820 году относится его первая известная работа «Нарцисс», удостоенная в разные годы нескольких серебряных и золотых медалей Академии художеств. А свое главное творение — картину «Последний день Помпеи» — Карл писал более шести лет. Картина была заказана художнику известнейшим меценатом того времени Анатолием Николаевичем Демидовым и впоследствии подарена им императору Николаю Павловичу.Член Миланской и Пармской академий, Академии Святого Луки в Риме, профессор Петербургской и Флорентийской академий художеств, почетный вольный сообщник Парижской академии искусств, Карл Павлович Брюллов вошел в анналы отечественной и мировой культуры как яркий представитель исторической и портретной живописи.

Галина Константиновна Леонтьева , Юлия Игоревна Андреева

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Проза / Историческая проза / Прочее / Документальное