Читаем Кампанелла полностью

«В том, что во всех животных есть способность к ощущению, не сомневается никто. Никто не отрицает и того, что у многих из них есть память. Ведь они научаются. Кони обучаются прыгать, обезьяны – играм, пчелы – умению найти дорогу домой [в улей]. Так как души, кроме ощущающей, у животных нет, то ей, чувством обладающей, и должно приписать память и способность пускать ее в ход. Ослы, если где-то случилось с ними что-то неприятное, избегают этого места, и сородичи их тоже. Раз пробуждается в них мысль “из подобного подобное”, то способности рассуждать они не лишены. Конь, по одному ячменному зернышку, взятому в рот, узнает качества целой их кучи, а собаки предмет по запаху определяют, по шороху листвы угадывают, где зверь спрятался. Зайца преследуя, они находят хитроумное решение, выбирая кратчайший путь и избегая более длинного, подстерегают его заранее, бросаясь в направлении, куда зверек метнулся. Так же действует и ястреб. Клешни раков, охотящихся на моллюсков, часто повреждаются, когда раковины тех захлопываются, но ведь если не захлопнутся, то рак сам раковины о камешек ударит и спокойно моллюсков съест. Полип водный хитроумно прикрепляется к камням такого же цвета, как он сам, чтобы рыбам, которыми он питается, казаться камнем. Скрываясь в безопасное место от другой рыбы или от рыбака, извергает чернила каракатица. Можно видеть, как пес, жадно своим собратом обнюханный, собирается с другими в свору и ведет их туда, где упрятал много шматов мяса. Тогда становятся собаки подобием солдат, к чужим псам враждебными и несущими смерть. По свидетельству Аристотеля, один конь так уважал свою мать, что никогда не восхотел ее домогаться. В конце концов, будучи введен в заблуждение коневодом, мать его укрывшим под покрывалом, жеребец с ней совокупился, но, когда обман вскрылся, он насмерть затоптал коневода. Жеребец по имени Монтедор у [рыцаря] Марио из Туфо всегда по отношению к своей матери был так же почтителен. Крысы, переплывая через водный поток, хвостом управляют своим ходом. Лисы собираются вместе, а крысы ради того же хвостами слипаются. Ошеломляюще хитроумие паука, когда ловит он мух. Паутина сплетается так, что, окружая себя нитями, тянущимися в разных направлениях, сам он прячется в скрытом центре ее, в который нити уходят. Попав в паутину, муха дрожит, колебание нити несется к пауку, и каскадом точно выверенных и ловких скачков бросается он с места на ее поимку!