Читаем Каменный плот полностью

Президент республики отставку правительства принял и, во исполнение конституционных норм и демократических принципов, лежащих в основе функционирования институтов власти, сейчас же поручил отставленному премьеру в качестве лидера крупнейшей парламентской партии, до сей поры правившей страной без союзников, сформировать пресловутое правительство национального спасения. Потому что – пусть ни у кого не останется на сей счет сомнений – правительства национального спасения – это очень хорошие правительства, может быть, даже самые лучшие из всех возможных правительств, и жаль только, что отчизна призывает их лишь время от времени, по каковой причине мы никак не обзаведемся правительствами, которые умели бы править нами в национальном духе. По этому деликатному вопросу давно уже шли нескончаемые дебаты между изощренными толкователями конституции, политологами и прочими знатоками, но за много лет немного сумели они добавить к очевидному значению слов – то есть, что правительство национального спасения будет править нацией во имя её спасения. А интересней во всем этом то, что чуть только было оповещено о создании этого самого правительства, как население осознало, что спаслось или что вот-вот спасется, хотя когда стало известно о составе нового кабинета, а портреты новых министров замелькали в газетах и на телеэкране, дал себя знать врожденный и природный скептицизм, проявившийся в разнообразных формах, в том числе и в недоуменных восклицаниях: Ведь те же самые морды – интересное дело, а чего вы ждали? где мы вам других возьмем?

Оживленно обсуждалось, какой опасности подвергнется Португалия, когда со всего размаху треснется об Азоры, а также и то, что будет, если Пиренейский полуостров изменит курс, подставив под удар Галисию, но с наибольшим жаром – что ждет население островов. А что такое остров? А остров – или в данном случае целый архипелаг – это вышедшие на поверхность подводные горы, причем порой над поверхностью воды высятся лишь острые вершины тех скал, которые непостижимым образом стоят на тысячеметровой глубине, короче говоря, остров – это случайнейшая из возможностей, возможнейшая из случайностей. А теперь нам представляется возможность увидеть – слава Богу, хоть издали! – как другой остров, плавучий и стремительный, обезглавит последовательно Сан-Мигел, Терсейру, Сан-Жорже и Файал и все прочие Азорские острова, уничтожив на них все живое, если конечно правительство национального спасения, завтра приступающее к исполнению своих обязанностей, не изыщет способа эвакуировать сотни тысяч людей в безопасные места, буде таковые найдутся. Президент Португалии, не дожидаясь, пока правительство будет приведено к присяге, воззвал к мировому сообществу, вспомнив о международной солидарности, благодаря которой, как все мы помним – впрочем, это лишь один пример! – удалось избежать голода в Африке. Европейские страны, к счастью, снизившие тон по отношению к Испании и Португалии после того, как на потрясенном кризисом самоидентификации континенте столько европейцев громогласно заявили о своей принадлежности к иберийцам, благосклонно восприняли этот призыв о помощи и запросили, какого рода помощь должна быть нам оказана, хотя по обыкновению поспешили предупредить, что помощь целиком будет зависеть от того, насколько полно могут быть удовлетворены наши надобности ихними свободными ресурсами. Что же касается Соединенных Штатов Северной Америки – именно так пространно надлежит называть их впредь – они, хоть и высказали свое неудовольствие по поводу принципа, по которому формируется правительство национального спасения, да уж ладно, пусть будет, заявили о своей готовности эвакуировать с Азорских островов все их население, не превышающее, впрочем, двухсот пятидесяти тысяч, оставив на потом рассмотрение вопроса о том, куда девать спасенных – ну, не в Америку же, естественно: иммиграционные законы этому препятствуют – а идеальным решением было бы, если бы во исполнение заветнейшей мечты Государственного департамента и Пентагона Азоры задержали, пусть хоть и не без ущерба для себя, дальнейшее продвижение полуострова, а он и застрял бы посреди Атлантики на благо дела мира во всем мире, во имя процветания западной цивилизации и для неоспоримых стратегических преимуществ. Средства массовой информации сообщат, что все военно-морские силы США получили приказ направиться к Азорам для эвакуации населения – сколько-то тысяч жителей корабли возьмут на борт, прочие будут вывезены с помощью "воздушного моста". Португалии и Испании предстоит сами урегулировать свои проблемы, что, конечно, испанцам, известным баловням истории и фортуны, будет сделать легче, чем нам.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Мы против вас
Мы против вас

«Мы против вас» продолжает начатый в книге «Медвежий угол» рассказ о небольшом городке Бьорнстад, затерявшемся в лесах северной Швеции. Здесь живут суровые, гордые и трудолюбивые люди, не привыкшие ждать милостей от судьбы. Все их надежды на лучшее связаны с местной хоккейной командой, рассчитывающей на победу в общенациональном турнире. Но трагические события накануне важнейшей игры разделяют население городка на два лагеря, а над клубом нависает угроза закрытия: его лучшие игроки, а затем и тренер, уходят в команду соперников из соседнего городка, туда же перетекают и спонсорские деньги. Жители «медвежьего угла» растеряны и подавлены…Однако жизнь дает городку шанс – в нем появляются новые лица, а с ними – возможность возродить любимую команду, которую не бросили и стремительный Амат, и неукротимый Беньи, и добродушный увалень надежный Бубу.По мере приближения решающего матча спортивное соперничество все больше перерастает в открытую войну: одни, ослепленные эмоциями, совершают непоправимые ошибки, другие охотно подливают масла в разгорающееся пламя взаимной ненависти… К чему приведет это «мы против вас»?

Фредрик Бакман

Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Современная зарубежная литература
Эффект Ребиндера
Эффект Ребиндера

Этот роман – «собранье пестрых глав», где каждая глава названа строкой из Пушкина и являет собой самостоятельный рассказ об одном из героев. А героев в романе немало – одаренный музыкант послевоенного времени, «милый бабник», и невзрачная примерная школьница середины 50-х, в душе которой горят невидимые миру страсти – зависть, ревность, запретная любовь; детдомовский парень, физик-атомщик, сын репрессированного комиссара и деревенская «погорелица», свидетельница ГУЛАГа, и многие, многие другие. Частные истории разрастаются в картину российской истории XX века, но роман не историческое полотно, а скорее многоплановая семейная сага, и чем дальше развивается повествование, тем более сплетаются судьбы героев вокруг загадочной семьи Катениных, потомков «того самого Катенина», друга Пушкина. Роман полон загадок и тайн, страстей и обид, любви и горьких потерь. И все чаще возникает аналогия с узко научным понятием «эффект Ребиндера» – как капля олова ломает гибкую стальную пластинку, так незначительное, на первый взгляд, событие полностью меняет и ломает конкретную человеческую жизнь.«Новеллы, изящно нанизанные, словно бусины на нитку: каждая из них – отдельная повесть, но вдруг один сюжет перетекает в другой, и судьбы героев пересекаются самым неожиданным образом, нитка не рвётся. Всё повествование глубоко мелодично, оно пронизано музыкой – и любовью. Одних любовь балует всю жизнь, другие мучительно борются за неё. Одноклассники и влюблённые, родители и дети, прочное и нерушимое единство людей, основанное не на кровном родстве, а на любви и человеческой доброте, – и нитка сюжета, на которой прибавилось ещё несколько бусин, по-прежнему прочна… Так человеческие отношения выдерживают испытание сталинским временем, «оттепелью» и ханжеством «развитого социализма» с его пиком – Чернобыльской катастрофой. Нитка не рвётся, едва ли не вопреки закону Ребиндера».Елена Катишонок, лауреат премии «Ясная поляна» и финалист «Русского Букера»

Елена Михайловна Минкина-Тайчер

Современная русская и зарубежная проза
Дегустатор
Дегустатор

«Это — книга о вине, а потом уже всё остальное: роман про любовь, детектив и прочее» — говорит о своем новом романе востоковед, путешественник и писатель Дмитрий Косырев, создавший за несколько лет литературную легенду под именем «Мастер Чэнь».«Дегустатор» — первый роман «самого иностранного российского автора», действие которого происходит в наши дни, и это первая книга Мастера Чэня, события которой разворачиваются в Европе и России. В одном только Косырев остается верен себе: доскональное изучение всего, о чем он пишет.В старинном замке Германии отравлен винный дегустатор. Его коллега — винный аналитик Сергей Рокотов — оказывается вовлеченным в расследование этого немыслимого убийства. Что это: старинное проклятье или попытка срывов важных политических переговоров? Найти разгадку для Рокотова, в биографии которого и так немало тайн, — не только дело чести, но и вопрос личного характера…

Мастер Чэнь

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза