Читаем Калгари 88 (СИ) полностью

Только послышались первые такты пианино, отыгрывающие ритм, как Арина сделала твиззл, остановилась, уставившись назад, и сделала пасс рукой, как будто отказываясь танцевать с партнёром. Самое гениальное оказалось и самым простым, как часто бывает. Она решила построить произвольную программу от противного. Выбрать сюжет, словно она отказывает от притязаний жаркого напористого мачо и решает танцевать танго одна, у него на виду. Но при этом партнёр не прекращает попыток навязать своё доминирование, и в ключевых моментах музыки, на сильных долях, где резко нарастает темп, Арина словно делает совместные, но уходящие движения. А самыми эффективными уходящими движениями были, конечно же, прыжки и каскады.

Разогнавшись по арене и сделав несколько танго-выпадов, Арина зашла на стартовый каскад двойной флип-двойной тулуп и сделала его с полного хода, чистый, красивый, с правильным долгим выездом, не оставляющим даже тени сомнений в недокрутах и ошибках. После каскада исполнила несколько твиззлов, выйдя из них танговыми ганчо — захлестами ног с воображаемым партнёром. Вышло необычно и красиво. Не давая себе передышки, Арина разогналась для второго каскада из трёх прыжков.

В своём мире она сначала прыгала четверные прыжки, потом тройные аксели и после них относительно простые каскады из тройных прыжков. Потом, чуть накопив сил на дорожке шагов и хореографической дорожке, исполняла мощный апофеоз — сложнейший каскад четверной лутц — тройной риттбергер, дававший гигантскую сумму баллов с повышающим коэффициентом. Но… В СССР 1986 года правила судейства были другими. Здесь без разницы, когда ты сделаешь прыжки, главное, чтоб они были сделаны, поэтому структуру программы желательно было изменить. Сложнейшие для Люськиного тела каскады и прыжки поставить вначале, а более простые — в конце. Так можно было сберечь силы на всю программу.

Каскад из трёх прыжков: двойной аксель — двойной тулуп — одинарный тулуп — пришёлся как раз в акцент. В сильную долю. И на выходе из акселя Арина слегка покачнулась, но не стала включать мозг и анализировать, получится или нет, — прыгнула двойной тулуп следом за акселем, и он получился. Однако одинарный тулуп сделала практически на месте, без скорости и выезда. Это не было нарушением правил, но считалось неэстетично. По крайней мере во времена Арины. Здесь, при соревновании по первому разряду, такой прыжок мог оказаться нормальным. Сравнить свой нынешний уровень мастерства Арине было не с чем — катания одногруппников она ещё не видела.

Следом, после серии шагов и порядком разогнавшись, Арина сделала прыжок во вращение, исполнив его с тремя базовыми позициями: либела, кольцо и бильман. На либеле, начальной позиции, в которую прыгнула, по правилам, сделала восемь оборотов, на остальных позициях — по три оборота. Чуть улучшившаяся растяжка придавала очень красивый вид исполненному элементу. Да такой, что Левковцев, не сдерживаясь, зааплодировал Арине.

Исполнив несколько танго-вытесняющих шагов, называющихся по-испански «сакадой», каждый из которых заканчивался твиззлом, Арина подошла к заходу на двойной лутц. Почти на том же самом месте, где в своём сеттинге делала финальный четверной в каскаде с тройным риттбергером. Середина арены, и Арина сейчас не стала рисковать и делать сложный заход на лутц, как в программе «Кармен». Сейчас следовало сделать прыжок максимально просто и эффективно. Особенно учитывая, что Люська затылком навернулась с него. Следовательно, уровню её мастерства он ещё не покорился.

Зашла на обычную длинную дугу, правда, на приличной скорости, и сделала! Сделала чёртов лутц! Чистейший! С долгим выездом и свободной ногой, поднятой высоко в воздух.

Оставшуюся часть программы Арина докатывала уже на расслабоне, максимально торгуя лицом. Два вращения, дорожка шагов, хореографическая дорожка с ласточкой и кантилевером. В конце программы исполнила два последних двойных прыжка — сальхов и риттбергер. Выложилась по полной и технически сделала всё. Ни на секунду не бросала нить и сюжет программы. Набатом билось в голове: Аргентина, танго, красная роза. Аргентина, танго, красная роза. Перед глазами стоял образ очаровательной черноглазой девушки-брюнетки в красивом платье с косым подолом, от середины бедра с одной стороны до середины икры с другой. Красная роза в волосах. Этого вполне хватало, чтобы удержать повествование.

Вот и финальная поза… Сделала её почти с таким же коварным непокорным взглядом, как и домашнюю «Кармен». Только сейчас не падала на лёд, а остановилась, как вкопанная, глядя в воображаемых судей, сложив руки на груди и отставив одну ногу вперёд, оперев её на носок. Вышло красиво. И зрителям, и судьям наверняка понравится…