Читаем Кальдорас полностью

— Эй, не загоняйся, — перебил Нийкс, и его губы дрогнули. — Не думаю, что нам нужно навешивать на это ярлык, особенно учитывая мои уникальные обстоятельства, в которых я воскрес из мертвых, но в то же время и не совсем. Но да, насколько мне известно, то, что ты сказала, правда. Пока я остаюсь в пределах защитной границы Библиотеки — не только на этой картине, но и в любом другом месте Библиотеки — я могу оставаться в этом состоянии.

— Но почему? — спросила Алекс, снова хмурясь и вопросительно глядя на меня. — Повторяю, я не так уж и рада тебя видеть. Очевидно. Я просто… не понимаю, как такое вообще возможно?

Нийкс пожал плечами, но теперь он был особенно осторожен в своих словах.

— Ты уже знаешь, что Библиотека находится вне времени, не говоря уже о том, что она, помимо всего прочего, является мостом между мирами. Я не могу объяснить то, чего не понимаю, — временные аномалии, пространственные аномалии, эти вещи недоступны даже мне. Но ты, как никто другой, знаешь, что Библиотека полна загадок. Неужели так трудно смириться с тем, что есть ответы, которые мы, возможно, никогда не получим?

Очевидно, ей было слишком тяжело это принять, потому что она уперла руки в бока, а когда заговорила в следующий раз, то обращалась не к нему.

— Прости, Библиотека? — крикнула она в пространство, окружавшее их. — Не могла бы ты, пожалуйста, объяснить, почему ты привезла Нийкса сюда сейчас, а не, скажем, одиннадцать месяцев назад? Ну, знаешь ли, после того, как он умер, и я была безутешна?

Нийкс разрывался между желанием поморщиться от ее слов и рассмеяться над раздраженным выражением ее лица.

Неудивительно, что Библиотека не ответила, но тишина была достаточно красноречивой, чтобы Алекс вздохнула, поскольку к этому времени она уже знала, что у Сорайи де ла Торра всегда были причины для того, что она делала… и чего не делала. Как бы сильно Алекс ни хотела, чтобы Нийкс был с ней в эти месяцы горя и лишений, если бы она все это время полагалась на него, то никогда бы не нашла в себе сил победить Эйвена. Нийкс бросался бы спасать ее снова и снова, хотя на самом деле ей нужно было научиться спасаться самой. Если он просто мог жить в Библиотеке с момента своей смерти, она никогда бы не покинула его, чтобы отправиться в Вардаэсию, никогда бы не прошла через Врата Испытаний и не сблизилась со своими друзьями в процессе, никогда бы не воссоединилась с Ксираксусом, никогда бы не встретила Императрицу Тиа Ауранс, которая помогла сбыться пророчеству, что привело к поражению Эйвена. Ничего из этого не произошло бы, поскольку Алекс оставалась бы прикованной к Нийксу, независимо от того, был бы он жив или мертв.

Алекс снова вздохнула, очевидно, придя к тому же выводу, хотя и пробормотала себе под нос:

— Мы еще поговорим об этом позже.

Как и в прошлый раз, Нийкс знал, что слова были адресованы не ему, и на этот раз его чувство юмора взяло верх.

— У меня такое чувство, что ты не выиграешь ни в одном споре, который можешь предложить.

— Я не буду спорить, — чопорно сказала Алекс. — Я просто поделюсь несколькими очень красочными словами о своих чувствах.

Нийкс ухмыльнулся.

— Думаешь, всевидящая и всезнающая Библиотека еще не в курсе того, что ты собираешься сказать?

Она поджала губы.

— Это к делу не относится. Я все равно почувствую себя лучше, когда выскажу свои мысли. В деталях.

Улыбка Нийкса стала шире, но затем его веселье угасло, когда выражение лица Алекс изменилось.

— Я знаю, ты не все мне рассказываешь, — мягко заявила она. Это было сказано не со злостью; скорее, с пониманием, будто она уже знала на каком-то уровне, почему. Ее следующие слова подтвердили это. — И я знаю, что это, вероятно, потому, что ты защищаешь меня. Или пытаешься.

Нийкс не ответил, ни подтверждая, ни отрицая, просто пристально смотрел.

Алекс сглотнула, затем сказала:

— Ты должен что-то сделать, не так ли? Вот почему ты здесь, вот почему… вернулся? У Библиотеки есть для тебя какое-то задание?

И снова Нийкс ничего не сказал.

Она раздраженно выдохнула, отчасти раздраженно, отчасти смиренно.

— Ты не собираешься отвечать, не так ли?

На этот раз, когда он промолчал, она издала горловой звук разочарования. Но затем ее плечи опустились, и она прошептала:

— Это прощание, не так ли? Вот почему ты здесь, сейчас, сегодня.

При этих словах Нийкс не смог сдержать усмешки.

— Мы никогда не умели прощаться. Кажется, у нас не очень-то получается. Я с такой же вероятностью скажу тебе «да», а потом снова увидимся завтра.

О, если бы только это было правдой!

Алекс слегка улыбнулась, но только слегка.

— И все же, у меня такое чувство, что это прощание может быть более окончательным, чем наши предыдущие. — Она посмотрела ему в глаза и тихо спросила: — Увижу ли я тебя когда-нибудь снова?

Голос Нийкса был таким же тихим, когда он ответил с полной честностью:

— Не знаю, котенок, но надеюсь на это. — Он многозначительно оглядел их, прежде чем добавить: — Как мы оба поняли, нет ничего невозможного.