Читаем Кальде Длинного Солнца полностью

— Это очень… э… устрашающее сооружение, Ваше Святейшество. Мне сообщили, что высота внешней стены — двенадцать кубитов в… э… самой нижней точке. Тем не менее, Ваше Святейшество предвидит, что она падет сегодня ночью? Прежде чем позволить себе высказать мнение, могу ли я поинтересоваться источником информации Вашего Святейшества?

— У меня его нет, — сказал ему Квезаль. — Я просто подумал вслух. Если Аламбрера не падет через день-два, патера-кальде Шелк проиграет. Это мое мнение. Теперь я хочу твое.

— Ваше Святейшество делает мне честь. Надо принять во внимание и… хм… спящую армию. Советник Лемур… э… Лори без сомнения призовет… э… солдат, если положение, по его… хм… мнению, станет серьезным.

— Твое мнение, патера.

Чашка Прилипалы затрещала на блюдце, он глубоко вздохнул:

— Хотя я, безусловно, не… хм… эксперт в военных вопросах, мне кажется, Ваше Святейшество, что пока… э… верность гражданской гвардии остается… хм… незапятнанной, патера-кальде не сможет победить.

Квезаль, казалось, прислушивался только к реву урагана, завыванию ветра и ударам дождя, наполнившим комнату; часы в форме гроба, стоявшие за дверью, протикали пятнадцать раз, и только тогда он спросил:

— Допустим, ты бы узнал, что часть гвардии уже перешла на сторону Шелка?

Глаза Прилипалы расширились:

— Ваше Святейшество, у вас есть?..

— Нет, нет никакой причины так думать. Чисто гипотетический вопрос.

Прилипала, у которого был большой опыт гипотетических вопросов Квезаля, опять наполнил легкие:

— Тогда я должен сказать, Ваше Святейшество, что, если возникнет такое несчастливое обстоятельство… э… обстоятельства, город окажется посреди… э… опасных вод.

— А Капитул?

На лице Прилипалы появилось печальное выражение:

— То же самое, Ваше Святейшество, если не хуже. Как авгур, Шелк может… э… провозгласить себя как Пролокьютором, так и кальде.

— Действительно. Ему не хватает почтительности по отношению к тебе, мой коадъютор?

— Нет, Ваше Святейшество. Совершенно… хм… напротив.

В наступившей тишине Квезаль сделал еще один глоток бульона.

— Ваше Святейшество… э… имеет в виду, что Капитул поддержит… э… воинство патеры-кальде?

— Я хочу, чтобы ты составил циркулярное письмо, патера. У тебя есть почти шесть часов. Более чем достаточно. Я подпишу его, когда мы будем в Великом мантейоне. — Квезаль посмотрел на неподвижную коричневую жидкость в чашке.

— Всему клиру, Ваше Святейшество?

— Подчеркни, что наш святой долг принести утешение раненым и Последнюю формулу умирающим. Намекни, но не говори открыто… — Квезаль замолчал, обдумывая формулировку.

— Да, Ваше Святейшество?

— Что со смертью Лемура правление советников ушло в прошлое. Ты сказал, что знаешь патеру-кальде Шелка?

Прилипала кивнул:

— Вечером сцилладня я довольно… э… обстоятельно беседовал с ним, Ваше Святейшество. Мы обсуждали финансовые… хм… дела его мантейона и… э… различные другие темы.

— А я нет, патера. Но я прочитал все отчеты в его досье, как от его преподавателей, так и от его предшественника. И вот мое мнение. Усердный, впечатлительный, умный и набожный. Нетерпеливый, как и положено в его возрасте. Почтительный, и ты подтвердил. Неутомимый работник, как подчеркнул его преподаватель теономии. Гибкий. За последние несколько дней стал исключительно популярным. Если ему удастся подчинить себе Аюнтамьенто, он сможет править по меньшей мере год. Возможно, дольше. Соответствующее Хартии правление юного авгура, которому понадобятся опытные советники, чтобы остаться кальде…

— Действительно, Ваше Святейшество. — Прилипала энергично кивнул. — То же самое… э… предположение и мне пришло в голову.

Держа в руках чашку, Квезаль указал на ближайшее окно:

— Мы страдаем от перемены погоды, патера.

— Глубокой… э… перемены, Ваше Святейшество.

— Мы должны приспособиться к ней. Вот почему я спросил, плавает ли молодой Наковальня. Если ты сможешь связаться с ним, посоветуй ему энергично двигать руками и ногами. Я ясно выразился?

Прилипала опять кивнул:

— Я… хм… приложу все усилия, чтобы Капитул всем сердцем поддержал… э… законное и святое правление, Ваше Святейшество.

— Тогда иди. Составь письмо.

— А если Аламбрера не… э…, эй?

Квезаль никак не показал, что услышал его слова. Прилипала встал со стула, отступил к двери и, наконец, закрыл ее за собой.

Квезаль встал, и сторонний наблюдатель (если бы он был) мог бы более чем удивиться, увидев, что сгорбленная фигура стала такой высокой. Как на колесах, он скользнул через комнату, распахнул широкие створки окна, выходившего в сад, и впустил внутрь проливной дождь и ветер, заставивший его багровую сутану встать позади него как знамя.