Читаем Как Зюганов не стал президентом полностью

Начать с того, что среди самих «яблочников» – в том числе делегатов съезда, членов думской фракции – было много несогласных с постановлением, принятым в Голицыне (проголосовавших против, напомню, оказалось более сорока процентов). Они не только выразили свое несогласие непосредственно на съезде, но по его окончании продолжали комментировать принятые там решения. Так, уже 24-го депутаты Госдумы «яблочники» Елена Мизулина и Иван Грачев публично заявили, что безоговорочно поддерживают Ельцина, что альтернативы ему нет. Грачев не остановился на этом. В интервью РИА «Новости» он выразил недовольство решениями голицынского съезда. «При всем неприятии отдельных сторон деятельности нынешнего президента» Грачев, по его словам, считает, что голосовать надо без всяких условий за Ельцина, «ибо в случае победы Народно-патриотического блока у России есть шанс вдребезги разбиться на этом крутом повороте истории». Грачев выразил надежду, что Григорий Явлинский, которому съезд поручил в зависимости от развития событий конкретизировать позицию «Яблока», все же в конце концов однозначно поддержит Бориса Ельцина.

Один из самых совестливых русских писателей Виктор Петрович Астафьев обратился персонально к Явлинскому с открытым письмом, где, в частности, писал:

«Сегодня, когда выбор сузился до двух имен, а сказать вернее, до выбора между коммунизмом и нормальной цивилизованной жизнью, решаюсь просить Вас, как и многие сибиряки, – мне это известно, – поддержите Бориса Николаевича Ельцина. Думаю, что Вы сами прекрасно знаете: если победит Зюганов, в двухтысячном году никаких свободных выборов не будет».

Весьма резко о позиции «Яблока» высказался руководитель думской фракции «Наш дом – Россия» Сергей Беляев. По его словам, в условиях, когда «основные демократические движения и партии России уже давно и однозначно высказали свою поддержку нынешнему президенту», выдвижение «Яблоком» очередных требований к Борису Ельцину «изрядно отдает политическим инфантилизмом».

(В скобках замечу, что «инфантилизм» был не самой резкой оценкой политического поведения Явлинского со товарищи. Несколько ранее, комментируя в интервью РИА «Новости» итоги первого тура президентских выборов, Мстислав Ростропович назвал «проституированием» отказ «ряда демократических лидеров» солидаризироваться с Борисом Ельциным. Не называя конкретных имен, но подразумевая в первую очередь известно кого, Ростропович сказал, что «народ наказал тех, кто потратил деньги и время на то, чтобы получить 3 – 5 процентов голосов и одновременно расколоть демократический лагерь… Сейчас все демократы должны честно сказать: мы – за демократию, стало быть, за Ельцина. Нет другого пути, нет другого направления».)

Весьма точно о грубейшей ошибке – если не сказать предательстве, – совершаемой «Яблоком», высказалась Валерия Новодворская.

«Радикальным демократам нужно гораздо больше, чем движению «Яблоко», – заявила она, выступая по «Эху Москвы». – Наши требования, может быть, и вовсе невыполнимы для нынешней власти. Тем не менее мы продолжаем настаивать, что тот, кто не придет 3 июля и не проголосует за Бориса Ельцина, будет отнюдь не демократом, не носителем альтернативной демократической идеи, – он будет пособником коммунистов и откроет врагу фронт… Когда идет бой с коммунизмом, условий не ставят. В России уже однажды состоялась такая демократическая альтернатива интеллигенции, в результате которой коммунисты пришли к власти в 1917 году… Тот, кто не опустит 3 июля бюллетень за Ельцина, должен знать, что он проголосовал за смертную казнь для всех 150 миллионов россиян, включая и самих коммунистов. Ни у кого нет права произносить смертный приговор целой стране из-за того, что она недостаточно праведна… Поэтому радикальные демократы, которые ничего не брали у власти и не подавали ей руки, сегодня, не ставя никаких условий, голосуют за Ельцина, чтобы 5 июля снова уйти в демократическую оппозицию и продолжать выяснять с ним отношения… Мы надеемся, что этот наш пример подвигнет Явлинского к простому человеческому заявлению, что хотя он и не согласен с Ельциным по 45 позициям, но голосует против возвращения тьмы и призывает всех голосовать за Ельцина. Этого решения мы от него ждем».

Ельцин отвечает «Яблоку»

Сразу после съезда Явлинский, по-видимому, стал добиваться встречи с Ельциным. Открыто об этом, разумеется, не сообщалось, но многое говорило, что соответствующие демарши предпринимаются. В Кремле вроде бы обещали такую встречу организовать. Во всяком случае, пресс-служба «Яблока» сообщала, что встреча вот-вот должна состояться – то ли 27-го, то ли 28-го… То ли 30-го…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Сталин. Битва за хлеб
Сталин. Битва за хлеб

Елена Прудникова представляет вторую часть книги «Технология невозможного» — «Сталин. Битва за хлеб». По оценке автора, это самая сложная из когда-либо написанных ею книг.Россия входила в XX век отсталой аграрной страной, сельское хозяйство которой застыло на уровне феодализма. Три четверти населения Российской империи проживало в деревнях, из них большая часть даже впроголодь не могла прокормить себя. Предпринятая в начале века попытка аграрной реформы уперлась в необходимость заплатить страшную цену за прогресс — речь шла о десятках миллионов жизней. Но крестьяне не желали умирать.Пришедшие к власти большевики пытались поддержать аграрный сектор, но это было технически невозможно. Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда правительство в очередной раз совершило невозможное, объявив всеобщую коллективизацию…Как она проходила? Чем пришлось пожертвовать Сталину для достижения поставленных задач? Кто и как противился коллективизации? Чем отличался «белый» террор от «красного»? Впервые — не поверхностно-эмоциональная отповедь сталинскому режиму, а детальное исследование проблемы и анализ архивных источников.* * *Книга содержит много таблиц, для просмотра рекомендуется использовать читалки, поддерживающие отображение таблиц: CoolReader 2 и 3, ALReader.

Елена Анатольевна Прудникова

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное