Читаем Как стать писателем полностью

Наткнулся по адресу http://www.russ.ru/krug/ 20030703…krit.html на такие слова Романа Арбитмана: «…литература – в первую очередь предмет чтения и существует для читателя. Если же автор требует от читателя, чтобы тот совершал над его художественным текстом работу, нечто преодолевал, то скорее всего автор недоработал сам и попросту скрыл за благородной невнятицей, витиеватостью, живописным хаосом, за этакой импрессионистической манерой письма элементарный недостаток таланта и даже мастеровитости…»

То есть критик подробнее расписал краткую формулу Честерфилда для тех, кому надо разжевывать и объяснять на пальцах, а доводы выкрикивать в ухо. И все равно такие слова всегда вызывают раздраженный вой этих самых разоблаченных, коих тьмы и тьмы: да что он себе позволяет! Да у нас, мол, своя самобытная манера, изысканный стиль, постгиперпанк, новое слово в литературе и все такое, а ты просто дурак и ничего не понимаешь в высоком искусстве.

Увы, уже говорил, что в литературе, к сожалению, не так заметны провальные места, грубые ошибки, просто дурость и неумение автора. Такое замечают только профессионалы, для остальных только смутное ощущение некой слабости текста, да еще жалобы, что произведение не зацепило. Это в спорте даже зрители задних рядов сразу видят, кто выше прыгнул, кто штангу толкнул тяжелее, кто кого поборол. Но даже в спорте не везде: недаром же в фигурном катании и в боксе по нескольку судей, разные оценки просто приводят к общему знаменателю!

В литературе же, как в политике и медицине, почему-то все знатоки и специалисты. Все берутся подсказывать, как правильно писать, я об этом уже говорил, но это неистребимо: когда слесарь учит профессора, потому и повторяю: держитесь! Какие бы доводы вам ни приводили, как бы массово ни напирали.

Но опасайтесь не только этих слесарей, не важно, какие у них высокие посты, но и так называемых эстетов, которые создают новую литературу, ультрагиперпанк с кибероттенком и компоориентацией.

Крамольно такое говорить, но литература пока что не создала лучшего жанра, чем реализм. Да, реализм. Это не значит, что вам противопоказаны фантастические романы или ужасники, боевики или триллеры: просто манера подачи должна быть реалистична. То есть если пишете про эльфов и гоблинов, то они должны быть на ваших страницах реальны.

Пишите ясно и просто. У Гомера, Шекспира и всех-всех, кто вошел в классики, – ясный язык, четкая манера изложения, яркие образы и никакой работы «для себя», все – для читателя!

Очень модная вещь – антиутопия. А также – альтернативные истории

Не столько модные, сколько легкие. Потому и ломанулись толпы любителей халявы разрабатывать эту богатейшую ниву. Нет, не совсем халявы, конечно. Немножко поработать придется, но совсем немножко, ведь указывать на что-то плохо помытым пальцем и кричать «Не так!» в десятки, нет, в миллионы раз легче, чем самому сказать, как надо.

Правда, это в антиутопии стоит крик: «Не так!», в альтернативной же идут глубокомысленные рассуждения старушек на лавочке у подъезда: вот если бы да кабы Манька тогда вышла не за Сережку, что оказался потом пьяницей, а за непутевого Ваську, ставшего потом депутатом и отгрохавшего себе особняк за сто миллионов, вот бы…

Ерунда это все, конечно. Настоящие писатели не пишут ни антиутопий, ни альтернативных историй, однако кто стремится по-быстрому срубить капусты, того пусть не останавливает: ведь читают же? И не только старушки на лавочке, но и молодежь, у которых развитие на уровне лавочностарушачьего. А их рубль ничуть не легче рубля высоколобого. Так что можно зарабатывать и на альтернативных историях, но только не стоит забывать, что это не литература и не фантастика в ее высоком виде, а так, халтурка. Подработка, если вежливо.

Потому можно смело говорить, что лучшее пастбище для халтурщиков в жанре фантастики – альтернативная история. Конечно, это не литература, как не искусство, скажем, дурацкие ток-шоу или телеконкурсы типа «Кто дальше плюнет?», но ведь бабки зашибают побольше, чем ведущие писатели? Так почему же не строгать альтернативные истории, ведь пипл же хавает, а то и еще проще, хоть и гаже, – антиутопии! Этот поджанр настолько плотно смыкается с антиутопиями, что нередко их не различить. Но и то и другое идет на ура, писать же их можно левой ногой.

Ведь что может быть проще: придумать, что к власти пришел фашизм (расизм, тоталитаризм, попы, дебил, пожарные, дрессированная обезьяна – нужное подчеркнуть), а затем на протяжении всего романа разоблачать этих гадов, доказывать, что это неверно, что это ошибочно, что вот смотрите, какие катастрофы, смертоубийства и землетрясения получаются!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Кланы Америки
Кланы Америки

Геополитическая оперативная аналитика Константина Черемных отличается документальной насыщенностью и глубиной. Ведущий аналитик известного в России «Избор-ского клуба» считает, что сейчас происходит самоликвидация мирового авторитета США в результате конфликта американских кланов — «групп по интересам», расползания «скреп» стратегического аппарата Америки, а также яростного сопротивления «цивилизаций-мишеней».Анализируя этот процесс, динамично разворачивающийся на пространстве от Гонконга до Украины, от Каспия до Карибского региона, автор выстраивает неутешительный прогноз: продолжая катиться по дороге, описывающей нисходящую спираль, мир, после изнурительных кампаний в Сирии, а затем в Ливии, скатится — если сильные мира сего не спохватятся — к третьей и последней мировой войне, для которой в сердце Центразии — Афганистане — готовится поле боя.

Константин Анатольевич Черемных

Публицистика
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945

Американский историк, политолог, специалист по России и Восточной Европе профессор Даллин реконструирует историю немецкой оккупации советских территорий во время Второй мировой войны. Свое исследование он начинает с изучения исторических условий немецкого вторжения в СССР в 1941 году, мотивации нацистского руководства в первые месяцы войны и организации оккупационного правительства. Затем автор анализирует долгосрочные цели Германии на оккупированных территориях – включая национальный вопрос – и их реализацию на Украине, в Белоруссии, Прибалтике, на Кавказе, в Крыму и собственно в России. Особое внимание в исследовании уделяется немецкому подходу к организации сельского хозяйства и промышленности, отношению к военнопленным, принудительно мобилизованным работникам и коллаборационистам, а также вопросам культуры, образованию и религии. Заключительная часть посвящена германской политике, пропаганде и использованию перебежчиков и заканчивается очерком экспериментов «политической войны» в 1944–1945 гг. Повествование сопровождается подробными картами и схемами.

Александр Даллин

Военное дело / Публицистика / Документальное