Читаем Как очаровать графа полностью

Он провел пальцем вдоль ленты, повязанной на ее талии, и потянул на себя. Эмили еще только собиралась сказать, что предпочитает обходиться без поцелуев, а граф уже прижался губами к ее губам. И в тот же миг по телу ее словно прокатилась горячая волна. Это был удивительный поцелуй – горячий, настойчивый и очень умелый. Тут граф провел ладонями по ее бедрам, затем привлек к себе. «Боже правый!» – мысленно воскликнула Эмили, почувствовав, как в ее живот упирается твердый бугор. Когда же он оторвался от ее губ и принялся целовать ее обнажившуюся грудь, она невольно ахнула. Было очевидно, что граф очень умелый любовник. Это открытие означало, что ей следовало срочно придумать другой способ заставить Уэстфолла разговориться. «Нет, чуть позже», – сказала себе Эмили, вытаскивая рубашку из его брюк. Он поднял руки, и она через голову стащила с него тонкую белую рубашку и бросила на пол. В конце концов, не могла же она его соблазнять, когда на нем одежды больше, чем на ней…

Он выглядел подтянутым даже полностью одетый, а уж сейчас – тем более. Эмили провела ладонями по его плечам, затем по груди. Его твердые мускулы то и дело перекатывались, и Эмили поняла, что это ужасно ее возбуждает. Мм… хоть он и походил на книжного червя, но явно использовал не только свой ум, но и тело. При мысли об этом Эмили тихонько вздохнула. Но как же его разговорить, как получить ответы на вопросы, которые она собиралась задать? Наверное, ей следовало отступить, чтобы…

– Повернитесь кругом! – хриплым голосом проговорил Уэстфолл, и тон его больше походил на приказ.

Эмили обычно очень не нравилось, когда ей приказывали, но на сей раз она даже не успела об этом подумать и в следующую секунду вдруг обнаружила, что стоит спиной к лорду Уэстфоллу. Тот ловко развязал ленты, которыми ее темно-зеленое платье было подхвачено под грудью, потом стянул мягкий шелк с плеч, и платье, соскользнув на пол, собралось шелковой лужицей у ее ног. Тут у нее внезапно промелькнуло: «А ведь это я должна его соблазнять, а не он меня…» Ох, наверное, это все из-за поцелуя – ведь она не привыкла целоваться. И, должно быть, именно поэтому она затрепетала, когда он погрузил пальцы в ее волосы и шпильки с заколками посыпались на пол. Ее тщательно выпрямленные утюжком рыжевато-каштановые волосы мгновенно рассыпались по плечам и по спине.

Уэстфолл же развернул ее лицом к себе и, прижав спиной к двери, впился в ее губы страстным поцелуем. А пальцы его тем временем теребили и пощипывали ее соски. И тут Эмили, не выдержав, глухо застонала. О, все это было слишком неожиданно! И слишком пылко…

Внезапно она ухватилась за его ремень и, распустив его, стала лихорадочно расстегивать брюки. Тут граф лизнул ее ухо, и она снова застонала. А его брюки с трудом расстегивались, потому что восставшая плоть натягивала ткань. Когда же губы графа сомкнулись вокруг ее соска, Эмили резко дернулась и чуть не оторвала последнюю пуговицу. Наконец она стащила вниз брюки, и в тот же миг его рука скользнула по ее бедру, а затем пальцы погрузились в лоно. «Эмили, спокойно!» – закричала она мысленно. Пытаясь сохранять хладнокровие, она провела дрожащими пальцами по его восставшей плоти и пробормотала:

– Очень мило…

– У меня тут тоже, – прошептал в ответ граф, шевельнув в ней пальцами.

И тут он повернулся вместе с ней таким образом, чтобы можно было уложить ее на кровать. «Возможно, это кровать Лили», – мелькнуло у Эмили. Впрочем, ей сейчас было все равно. Граф же опустился на кровать следом за ней, все еще оставаясь в ботинках и в брюках, спущенных до коленей. И он снова стал ее целовать, а Эмили, запустив пальцы в его растрепанные темные волосы, постаралась покрепче к нему прижаться. О боже, она хотела большего!

Уэстфолл же, словно прочитав ее мысли, переместился пониже и, раздвинув в стороны ноги Эмили, наклонился и лизнул ее там, где перед этим ласкал пальцами. Она содрогнулась, и все тело ее охватил жар – как будто по нему то и дело проскакивали огненные молнии. Отчаянно вцепившись в волосы графа, Эмили спрашивала себя: «Но как же мужчина, который выглядит как ученый, может быть таким замечательным любовником?..»

Наконец он приподнялся, затем передвинулся вверх, нависая над ней. И опять в его глазах появилось уже знакомое Эмили хищное выражение. Только на сей раз у нее от такого взгляда все увлажнилось. Чуть помедлив, она потянулась к тумбочке и достала мешочек из козьей кишки, открытый с одной стороны и завязанный черной лентой с другой. Все еще дрожа, пролепетала:

– С вашего разрешения…