Читаем Как я был вундеркиндом полностью

На двери нового соседа сверкала золотом табличка, на которой витиевато было написано: «Академик А.И.Залесский».

За дверью стрекотала машинка.

– Творит, – благоговейно прошептала бабушка и нажала на кнопку звонка.

Дверь отворил парень. Долговязый, худой, длинноволосый, в вытертых на коленях джинсах. В общем, обыкновенный парень. Но что-то не в порядке у него было с глазами. Вроде он глядел на нас с бабушкой и вроде видел нас, а в то же самое время видел что-то совсем другое. Может, то, что было в нас, а может, то, что было за нами. Я даже осторожно, чтобы не спугнуть парня, оглянулся – от чего он не может оторвать глаз? Но ровным счётом никого и ничего не было на лестничной площадке.

Не гася ослепительной улыбки, которую она, конечно же, приготовила для академика, бабушка проворковала:

– Здравствуйте, молодой человек, а папа дома?

– Папа? – парень захлопал ресницами. Наверное, он ждал любой вопрос, но только не этот. – Какой папа?

– Ваш папа, – бабушка всё ещё улыбалась, но я чувствовал, что она вот-вот выйдет из себя.

– Мой папа, – пробормотал парень. – Ах, мой папа… Батька уехал…

– Понимаю, – бабушка снова заворковала. – Научный симпозиум, международный конгресс…

– Вовсе нет, – махнул рукой парень и с завистью произнёс: – Батька уехал домой, в деревню…

Бабушкина улыбка в одно мгновение улетучилась.

– А это кто? – ткнула она пальцем в витиеватую табличку.

– Это я, – почему-то со вздохом произнёс парень.

– Вы? – пропела бабушка. – Вы такой молодой и уже академик?

Парень, наверное, не первый раз слышал эти «ахи» и «охи», и потому бабушкины восторги его вовсе не трогали.

– А мы ваши соседи, – бабушка протянула парню руку. – Очень приятно с вами познакомиться.

– Алик, – представился академик и тут же поправился: – Александр Иванович. Заходите, пожалуйста, – без большой охоты, как мне показалось, он пригласил нас к себе.

И со злостью глянув на сверкающую табличку, он с вызовом кому-то крикнул:

– Сегодня же я её сдеру…

Мы прошли в большую комнату, где стояли телевизор и пианино, и уселись в креслах возле журнального столика. Парень сел напротив на диване.

– Я хотела узнать, – сказала бабушка, – не мешает ли мой внук вам работать? Он проводит у меня почти весь день…

– Нисколько, – быстро произнёс парень. – Когда я работаю, то ничего не слышу и не вижу…

Он с тоской поглядел на приоткрытую дверь, которая вела в другую комнату. Я скосил глаза и увидел вдоль стены книги – от пола до потолка. Книги все были толстые, большие, в тёмно-синих или совершенно чёрных обложках. Всё понятно, книги не для детей.

И я вдруг понял, что академику совсем не хочется разводить тары-бары ни с бабушкой, ни со мной, а хочется засесть у полки с толстыми и умными книгами и совершить великое открытие. До меня это сразу дошло, а бабушка ни о чём не догадывалась. Усевшись поудобнее, она стала расспрашивать молодого академика, как ему удалось стать знаменитым.

– Бабушка, – перебил я, – пошли домой, мне уроки делать надо – столько задали…

– Успеешь, – отмахнулась от меня бабушка и впилась глазами в молодого академика.

Тот вздохнул: делать нечего – придётся рассказывать, и извиняющимся голосом, будто оправдываясь, поведал свою историю.

Оказывается, у него рано прорезались математические способности. Уже во втором классе он запросто щёлкал задачки, над которыми пыхтели пятиклассники. А в пятом классе он заткнул за пояс девятиклассников. На него обратили внимание, и он стал учиться в математической школе при университете.

– В школе для особо одарённых детей, – поправила бабушка, любившая точность.

– Что-то вроде этого, – поморщился академик.

– Простите, – спросила бабушка напрямик, – а за что вы получили такое высокое звание?

– Я решил одну задачу, – ответил академик.

– Всего одну? – удивилась бабушка.

– Всего одну, – подтвердил академик. – Но дело в том, что двести лет никто её не мог решить.

Наступило молчание. Бабушка переваривала услышанное. Я тоже думал. Двести лет школьники получали двойки, потому что не могли решить одну задачку. Несчастные ребята страдали ни за что ни про что. А какая это задача? Наверное, про бассейн и про трубы, из которых вода выливается и наливается? Мне про эту задачку рассказывал Серёжа, двоюродный брат, пятиклассник. Я так прямо и спросил у академика, та ли это задача или нет?

– Нет, – улыбнулся академик. – Я решил другую задачу. А с бассейном и трубами так до сих пор никто и не может справиться…

Академик снова поглядел на ту приоткрытую дверь, а потом, спохватившись, предложил:

– Может, чайку попьём? Я сейчас поставлю.

Я понял, что надо спасать академика, а заодно всех мальчишек и девчонок. Если мы с бабушкой просидим ещё полчаса, академик не успеет сегодня решить задачу про бассейн и трубы, и тогда сколько двоек получат бедные мальчишки и девчонки!

– Бабушка! – воскликнул я, когда академик встал, чтобы бежать на кухню. – Бабушка, а ты не забыла выключить газ?

Бабушка растерянно замигала.

– Не помню, честное слово, не помню, – бабушка встала. – Вы извините, пожалуйста, мы оторвали вас от науки.