Читаем Каинова печать полностью

— Джесси, сейчас же выруби эту чертову песню! — Марк швырнул ключи на стол, сунул руки в карманы джинсов и уставился через окно на сумрачное утреннее небо. Было очень рано. Слова Карлы поворачивали нож в его ране.

Джесси закатила глаза к потолку, всем своим видом показывая, что больше не намерена слушать ругань, и ткнула пальцем в копилку.

— Спасибо, — промолвила она, когда Марк опустил туда фунт. Содержимое копилки регулярно изымалось и отправлялось на благотворительные цели в детские приюты. — Марк, я люблю слушать радио, когда работаю. Оно никому не мешает.

— Оно мешает мне!

Джесси потянулась за ключами и повесила их в запирающийся металлический шкафчик позади ее рабочего места. Потом она достала другую связку.

— Привезли с собой друзей? — спросила она, указывая ключами на репортеров, толпившихся у машины Марка.

— Да, — скривился он, задергивая штору. — Хотят знать, как я отношусь к тому, что Кларк наконец признал себя виновным. — Лицо его застыло, рот сжался. — Черт побери, никак не отношусь!

Джесси снова показала на копилку, а затем подала ему листок с грифом «телефонное сообщение».

— С вами хочет поговорить инспектор Крэг. — Пока Марк набирал номер, она продолжала: —Если человек выматывается на работе, ему нужен перерыв… Так вот, о работе. Вчера зарегистрирован заказ на доставку груза в Милан. Срок — завтрашний вечер. Звонил Боб. Он хочет знать, когда вы вернетесь в Швейцарию. Если задержитесь здесь, он наймет другого пилота.

— Я поговорю с ним… завтра.

Джесси бросила на Марка скептический взгляд: каждый день одно и то же.

— Ну что ж, если так…

— Именно так. Я буду искать работу за пределами Англии. — Через боковую дверь он вышел в маленький гимнастический зал, где тренировались водители, чтобы не потерять форму.

Марк серьезно подумывал продать компанию и податься в Швейцарию авиаинженером. Тогда между ним и проклятым радио пролягут тысячи миль.

Зазвонил телефон.

— Минутку, пожалуйста… Вас, мистер Уайтхед. Это Боб. Легок на помине.

Он прислонился к двери зала.

— Джесси, что значит этот «мистер Уайтхед»? Куда подевался «старина Марк»?

— Не знаю, дорогой. С ним снова что-то случилось.

— Карла, ты совершенно разбита. — Грег подал ей бутылку минеральной воды. — А завтра предстоит тяжелая работа. — Он засмеялся и сунул ей какой-то журнал. — Может, хватит тебе бродяжничать с нами? Погляди-ка, ты на восемнадцатом месте по популярности!

— Ты шутишь? — Так Пол не стал ждать ее возвращения? — Пожалуй, я позвоню Диллону.

— Пол?

— Поздравляю, Карла, мы тебя раскрутили! У меня куча заявок на интервью, ты даже не поверишь откуда…

— Извини, но с этим придется подождать.

— Не понял… Слушай, а где ты сейчас?

— Я звоню с мобильного телефона Грега. Она пропустила мимо ушей горестный вздох Пола и его ворчливое «а я так старался…»

— Но почему нужно ждать?

— Со следующей недели меня вызывают свидетелем на процесс Кларка.

— Сегодня мне опять звонил Марк, — словно невзначай уронил Пол. — Карла, дай парню шанс. Поговори с ним!

— Нет смысла, Пол. Поверь мне.

— Не согласен. С тех пор как ты уехала, он звонит мне каждый день.

— Я написала Марку, что не хочу его видеть.

— Но ты же его жена!

— По ошибке.

— Послушай, Карла, у парня могут быть причины желать развода. Не за этим ли он тебя ищет?

Она сжала телефонную трубку, бездумно глядя сквозь окно автобуса в черную январскую ночь, кое-где подернутую уличными огнями.

Тянуть с расторжением брака теперь не было никаких оснований. Ребенка, ради которого она старалась, не существовало.

— Тебе все равно не удастся избежать встречи с Марком. Он тоже будет на процессе.

— Знаю. — Эта мысль давно преследовала ее; выхода не было. — Пол, я перезвоню тебе завтра вечером.

Карла поклялась, что к началу процесса возьмет себя в руки. Она, конечно, увидит Марка, но только издали, и все останется по-прежнему. Должно остаться. Однако сердце сжималось от тоски, а, как известно, сердцу не прикажешь.

Карла застонала. Неужели нет способа успокоиться? Конечно, есть. Работа. Именно поэтому она каждый вечер выходит на сцену, мотается с оркестром и ведет богемную жизнь.

У Марка есть Лотта. Наверное, она придет с ним в суд и будет висеть на его руке как на вешалке. Трогая пальцем гитарную струну, Карла представила себе, что она почувствует, когда увидит эту мымру, которая будет глядеть на нее сверху вниз и хвастаться тем, что Марк принадлежит ей.

— Как поживает Пол? — Грег забрал у нее телефон и сунул его в карман рубашки.

— Отлично.

— Что он говорит о твоих записях?

— Очень доволен.

Грег нахмурился и потер руки.

— Тогда чем ты расстроена?

— Марк опять звонил ему. Пол думает, что он хочет поговорить со мной о разводе.

— Извини, Карла… — Грег наблюдал за тем, как она безуспешно пытается взять себя в руки. — Наверное, тебе придется встретиться с ним.

— Да. — Карла тяжело вздохнула. — Теперь у меня нет причин тянуть с этим. — Она с ужасом представила себе, как по дороге в суд ей будут совать на подпись бумаги, необходимые для развода, и боль пересилила возбуждение от мысли о том, что она увидит Марка. — Грег, все было бы проще, если бы… — Тут она споткнулась.