Читаем Каин полностью

Нет, не роса! Нет, это кровь — кровь брата,И эта кровь — мной пролита! — На что жеМне жизнь теперь, когда я отнял жизнь,Исторгнул дух из столь родной мне плоти?Но он не мертв! Смерть разве есть молчанье?Нет, встанет он, — я буду ждать, я будуСтеречь его. Ведь жизнь не столь ничтожна,Чтоб так легко угаснуть. И давно лиОн говорил?.. Скажу ему… Но что?Брат!.. Нет, не так — он мне не отзоветсяНа этот зов: брат не убил бы брата…И все-таки… И все-таки — хоть слово!Хоть только звук из милых уст, чтоб яМог выносить звук собственного слова!

Входит Селла.

Селла

Я слышу стон, — кто стонет здесь? Вон Каин,Вон Авель распростертый… Каин, что тыЗдесь делаешь? Он задремал? О небо!Он бледен, он… Нет, то не кровь! ОткудаВозьмется кровь? Откуда? Авель, Авель!Что это значит? Что с тобой?.. Не дышит,Не движется: рука скользит, как камень,Из рук моих! О бессердечный Каин!Как мог ты не поспеть к нему на помощь?Ты б отразил убийцу, ты могуч,Ты должен был спасти его… Родитель!Мать! Ада! где вы? В мире — Смерть!

(Убегает, призывая родителей.)

Каин

Да, смерть!И это я, который ненавиделТак страстно смерть, что даже мысль о смертиВсю жизнь мне отравила, — это яСмерть в мир призвал, чтоб собственного братаТолкнуть в ее холодные объятья!Я наконец проснулся, — обезумилМеня мой сон, — а он уж не проснется!

Входят Адам, Ева, Ада и Селла.

Адам

Я прихожу на скорбный голос Селлы.Что вижу я? Так это правда? Сын мой!Вот, женщина, след змия!

Ева

О, молчи,Молчи о нем: глубоко зубы змияВпились мне в грудь! Мой ненаглядный Авель!..Иегóва! Наказанье превышаетМои грехи!

Адам

Кто это сделал, Каин?Ты был при нем, — скажи, кто это сделал?Враждебный ли нам ангел отступившийОт господа, иль дикий зверь лесной?

Ева

Ах, в этой тьме, как молния, сверкаетЗловещий свет: вон головня, — смотрите,Она в крови!

Адам

Скажи хоть слово, Каин,Скажи и убеди нас, что в несчастьеМы не вдвойне несчастны.

Ада

Отвечай им,Скажи, что ты невинен.

Ева

Он виновен,Теперь я это вижу; он поникПреступной головой и закрываетСвирепый взор кровавыми руками.

Ада

Мать, ты несправедлива… Каин, что жеТы не рассеешь страшных обвинений,Сорвавшихся с уст матери в минутуБезумных мук?

Ева

Внемли мне, о Иегóва!Будь проклят он проклятьем вечным змия!Да будет он снедаем вечной скорбью,Да будет…

Ада

Мать! Остановись, — он сын твой,Он мой супруг, он брат мой…

Ева

Он лишилТебя родного брата, Селлу — мужа,Меня — родного сына. Будь же онНавеки скрыт от глаз моих! Все узыЯ разрываю с ним, не пощадившимСвязь братских уз. О смерть! Не я ль ввелаТебя в наш мир? Зачем же не меня тыВзяла от мира?

Адам

Перейти на страницу:

Похожие книги

Руны
Руны

Руны, таинственные символы и загадочные обряды — их изучение входило в задачи окутанной тайнами организации «Наследие предков» (Аненербе). Новая книга историка Андрея Васильченко построена на документах и источниках, недоступных большинству из отечественных читателей. Автор приподнимает завесу тайны над проектами, которые велись в недрах «Наследия предков». В книге приведены уникальные документы, доклады и работы, подготовленные ведущими сотрудниками «Аненербе». Впервые читатели могут познакомиться с разработками в области ритуальной семиотики, которые были сделаны специалистами одной из самых загадочных организаций в истории человечества.

Андрей Вячеславович Васильченко , Эдна Уолтерс , Эльза Вернер , Дон Нигро , Бьянка Луна

Драматургия / История / Эзотерика / Зарубежная драматургия / Образование и наука
Интервенция
Интервенция

Великая Смута, как мор, прокатилась по стране. Некогда великая империя развалилась на части. Города лежат в руинах. Люди в них не живут, люди в них выживают, все больше и больше напоминая первобытных дикарей. Основная валюта теперь не рубль, а гуманитарные подачки иностранных «благодетелей».Ненасытной саранчой растеклись орды интервентов по русским просторам. Сытые и надменные натовские солдаты ведут себя, как обыкновенные оккупанты: грабят, убивают, насилуют. Особенно достается от них Санкт-Петербургу.Кажется, народ уже полностью деморализован и не способен ни на какое сопротивление, а способен лишь по-крысиному приспосабливаться к новым порядкам. Кажется, уже никто не поднимет их, не поведет за собой… Никто? Так уж и никто? А может быть, все-таки найдутся люди, которые начнут партизанскую борьбу с интервентами? И может быть, не только люди…

Лев Исаевич Славин , Алексей Юрьевич Щербаков , Игорь Валериев

Драматургия / Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Попаданцы / Постапокалипсис