Читаем Каин полностью

Сомненье — гибель, вера — жизнь. ТаковУстав того, кто именует бесомМеня пред сонмом ангелов, они жеПередают названье это тварям,Которым непонятно то, что вышеИх жалких чувств, которые трепещутВелений господина и считаютДобром иль злом все, что прикажет он.Я в рабстве не нуждаюсь. Ты увидишьЗа тесной гранью маленького мира,Где ты рожден, несметные миры,И я не обреку тебя на мукиЗа страхи и сомненья. Будет день —И человек, несомый водной хлябью,Другому скажет: веруй и гряди —И тот пойдет по хляби невредимо.Я веры, как условия спасенья,Не требую. Лети со мной, как равный,Над бездною пространства, — я откроюТебе живую летопись мировПрошедших, настоящих и грядущих.

Каин

О бог иль бес — кто б ни был ты: что это?Ужель земля?

Люцифер

Ты не узнал земли?Той персти, из которой ты был создан?

Каин

Как! Этот круг, синеющий в эфиреВблизи кружка, похожего на то,Что ночью освещает нашу землю,И есть наш рай? А где же стены рая?И те, что стерегут их?

Люцифер

ПокажиМне место рая.

Каин

Это невозможно!Чем дальше мы уносимся вперед,Тем круг земли становится все меньшеИ, уменьшаясь, светится вдалиВсе ярче серебристым звездным светом.Мы с быстротою солнечных лучейЛетим вперед, и он уж начинаетТеряться средь бесчисленного сонмаОкрестных звезд.

Люцифер

Но что бы ты подумал,Когда б узнал, что есть миры громадней,Чем мир земной, что есть созданья выше,Чем человек, что их число несметно,Что все они на смерть обреченыИ все живут, все страждут?

Каин

Я б гордилсяСвоим умом, постигнувшим все это.

Люцифер

А если дух твой скован от рожденьяТяжелой, грубой плотью, если он,Столь гордый тем, что знает, жаждет новых,Все новых, высших знаний, а меж темНе победит ничтожнейших, грубейших,Мерзейших нужд и высшею отрадойСчитает только сладостный и грязный,Без меры истомляющий обман,Влекущий к созиданию лишь новыхНесметных душ, несметных тел, с рожденьяПриговоренных к смерти?

Каин

Дух! я знаюО смерти только то, что смерть ужасна,Что смерть — наш общий горестный удел,Как слышал я от матери, которойОбязаны мы смертью вместе с жизнью.Но если так, дай умереть мне, дух!Ведь быть отцом созданий, обреченныхНа жизнь среди страданий и на гибель,Не все ль равно, что смерть плодить и в миреРаспространять злодейство?

Люцифер

Ты не можешьВесь умереть: есть нечто, что бессмертно.

Каин

Бог это скрыл, изгнав отца из раяИ заклеймив зловещим знаком смертиЕго чело. Но пусть во мне погибнетХоть смертное, чтоб в остальном я былКак ангелы.

Люцифер

Я ангельского чина:Ты хочешь быть таким, как я?

Каин

Перейти на страницу:

Похожие книги

Руны
Руны

Руны, таинственные символы и загадочные обряды — их изучение входило в задачи окутанной тайнами организации «Наследие предков» (Аненербе). Новая книга историка Андрея Васильченко построена на документах и источниках, недоступных большинству из отечественных читателей. Автор приподнимает завесу тайны над проектами, которые велись в недрах «Наследия предков». В книге приведены уникальные документы, доклады и работы, подготовленные ведущими сотрудниками «Аненербе». Впервые читатели могут познакомиться с разработками в области ритуальной семиотики, которые были сделаны специалистами одной из самых загадочных организаций в истории человечества.

Андрей Вячеславович Васильченко , Эдна Уолтерс , Эльза Вернер , Дон Нигро , Бьянка Луна

Драматургия / История / Эзотерика / Зарубежная драматургия / Образование и наука
Интервенция
Интервенция

Великая Смута, как мор, прокатилась по стране. Некогда великая империя развалилась на части. Города лежат в руинах. Люди в них не живут, люди в них выживают, все больше и больше напоминая первобытных дикарей. Основная валюта теперь не рубль, а гуманитарные подачки иностранных «благодетелей».Ненасытной саранчой растеклись орды интервентов по русским просторам. Сытые и надменные натовские солдаты ведут себя, как обыкновенные оккупанты: грабят, убивают, насилуют. Особенно достается от них Санкт-Петербургу.Кажется, народ уже полностью деморализован и не способен ни на какое сопротивление, а способен лишь по-крысиному приспосабливаться к новым порядкам. Кажется, уже никто не поднимет их, не поведет за собой… Никто? Так уж и никто? А может быть, все-таки найдутся люди, которые начнут партизанскую борьбу с интервентами? И может быть, не только люди…

Лев Исаевич Славин , Алексей Юрьевич Щербаков , Игорь Валериев

Драматургия / Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Попаданцы / Постапокалипсис