Читаем Каган русов полностью

Плещеистый мечник поднялся из-за стола, бросил на гостя строгий взгляд из-под выпуклого волчьего лба и отправился выполнять распоряжение хозяина.

- А он ведь вроде не радимич? – задумчиво глянул вслед уходящему мечнику Услад.

- Бирюч из приильменских словен, - подтвердил Венцеслав. – Но что-то не сложилось на родной земле, вот он и пристал ко мне.

- Жизнь по всякому поворачивает, - кивнул Услад. – К кому лицом, а к кому спиною. А хорошие мечники скоро понадобятся. Коловрат сведения получил из Итиля, что каган-бек Иосиф перебрасывает двадцать тысяч хазар к Саркелу. Вот он и послал меня к князю Вузлеву с предупреждением.

- Война, выходит, на пороге, - задумчиво произнес Венцеслав.

- Выходит, так, - развел руками Услад. – В крови захлебнемся.

Ган выждал, когда все в тереме и городце уснули и лишь затем толкнул в бок задремавшего Киселя:

- Приворотную вежу возьмите в первую очередь.

- Понял, ган, - тихо ответил Кисель.

- А сколько мечников в городце?

- Человек двадцать не больше, остальные ушли в Торусин, - оскалил зубы в темноте мечник. – Ну челяди столько же наберется. Повезло нам.

- Живыми из городца никого не выпускать, ни мужчин, ни женщин, - свистящим шепотом приказал, - Хотя нет, двух челядинок отпустите на волю. Должен же кто-то подтвердить, что в детинце были именно вятичи.

- Зачем? – удивился Кисель.

- Так надо, - рассердился Услад. – Постарайтесь действовать без шума.

Без шума, однако, не обошлось. То ли скрип подъемного моста разбудил боярина Венцеслава, то ли цокот копыт, донесшийся со двора, но он успел схватиться за меч и уложить двух татей, явившихся к нему в ложницу среди ночи. Услад бросился было поддержать своих, но вовремя остановился. Ибо на помощь отцу и матери уже бежал старший сын Доброгаст, шлепая по деревянному полу босыми ногами. Ган метнулся со второго яруса вниз по лестнице и выскочил на крыльцо. Здесь его вятичи рубились с мечниками и челядинами боярина Венцеслава. Впрочем, драка была недолгой, уж слишком велико было численное превосходство нападающих.

- В терем бегите, - гаркнул своим мечникам Услад, - и бейте всех, кто шевелится.

Сам Услад остался на крыльце и настороженно озирался по сторонам. Ночь выдалась лунной и весь двор, заваленный трупами, был у гана как на ладони.

- Боярин исчез, - крикнул из окна второго яруса Кисель. – Ушли через потайной ход.

Услад с досады даже зубами скрипнул. А ведь мог бы сообразить, что мечники неспроста на крыльцо высыпали и бились здесь до последу. Потайной ход наверняка был где-то возле гридни на первом ярусе.

- На коней, - крикнул Услад. – Далеко они не могли уйти, да еще пешими. И терем подожгите. Факел мне!

Опыт помог гану верно определить направление. Он почти не сомневался, что потайной ход обрывается возле оврага и направился во главе сотни мечников именно туда. Разгоравшийся за спиной пожар позволял вятичам легко ориентироваться на местности. Три стрелы, прилетевшие из зарослей, подтвердили, что Услад на верном пути.

- Вон они, - крикнул Кисель и первым бросил коня к обрыву. Неосторожность мечника стоила ему жизни. Видимо, боярин Венцеслав стоял за деревом. Во всяком случае, через мгновение он уже утвердился в седле Киселева коня. Впрочем, бежать он явно не собирался, а наоборот послал гнедого в самую гущу своих врагов.

- Бирюч, уноси Ладомира! – резанул по ушам Услада его хриплый голос.

Сам ган в схватку не рвался, вокруг боярина Венцеслава и без того хватало мечников. Засмотревшись на дерущихся, Услад прозевал удар сбоку. И хотя крепкая кольчуга спасла жизнь гана, в седле он все-таки не удержался и рухнул в высокую траву. Видимо, Доброгаст сын Венцеслава решил, что его противник мертв и не стал добивать оплошавшего Услада. Зато он смахнул головы двум Усладовым мечникам на счет раз-два и ринулся на помощь отцу.

- Стрелами их бейте, - крикнул Услад, вставая на четвереньки. – Стрелами.

Однако совет гана пропал в туне. Всадники сбились в кучу, и в полутьме очень легко было попасть в своих. Услад подбежал к ближайшему всаднику и вырвал у него из рук лук. Первая стрела действительно угодила в своего, но уже вторая впилась в незащищенную кольчугой грудь боярина Венцеслава. То покачнулся в седле и поник к шее лошади.

- Отец! – закричал Доброгаст, но этот крик оборвала еще одна стрела, угодившая молодому боярину в шею. Подлетевшие мечники быстро завершили дело столь удачно начатое ганом Усладом. Через мгновение отец и сын были мертвы.

- Стреляйте в заросли, - приказал Услад своим мечникам, - авось повезет.

Боярыне Благине стрела угодила в спину в тот момент, когда Бирючу показалось, что все худшее уже позади. Он едва успел выхватить из рук падающей боярыни ребенка и услышать ее последние в этой жизни слова:

- Спаси Ладомира.